— Когда это произошло? — интуитивно спросил Снегг.
— Около часа назад. К дому ещё никто не подходил, опасаются нападения. Прости, но вынужден просить тебя туда отправиться. Я напишу адрес.
Снегг метал глазами по комнате, пытаясь понять, что случилось. Из смятения его вывел детский плач. Звук исходил из свёртка на диване.
— Это Деамона Блэквуд, она жила у Поттеров, её час назад принес мне Сириус. Ей стало плохо и он хотел отнести её в больницу. Но выехав из города он тут же увидел свое лицо в розыске и тут же доставил её сюда.
Снегг не понимал, как он идёт. Ноги шли сами, он не это не контролировал. Он не думал ни о чём. Старался не думать. Одна мысль была хуже другой и это приводило в хаос.
Он старался не думать и медленно шёл к назначенному адресу.
Улица была пустая. Свернув за угол, он наступил на деревянную поломанную доску. Подняв глаза, он увидел раскуроченный дом. Руки сразу похолодели от увиденного.
Но он продолжал идти вперёд. Его пугала тишина. Мёртвая тишина.
Переступив разломленное крыльцо, тишина, наконец, исчезла. Теперь он слышал дикий детский плачь. Ребенок плакал от страха и боли, где-то со второго этажа. От этого звука стало ещё холоднее. От того, что этот звук не прекращался, и никто, кроме Снегга сейчас его не слышал.
Северус шёл мимо разбитых фотографий, битого стекла, перевернутой мебели. Мимо немного обугленного и рваного ковра. Он поднимался по полуразрушенной лестнице.
Поднявшись на второй этаж, он в страхе замер, увидев тело давнего недруга. На полу возле перил лежало бездыханное тело Джеймса Поттера. Его очки были разбиты, голубые глаза в страхе застыли, смотря наверх. Из его рук выпала палочка, она валялась в нескольких метрах от него.
Северус аккуратно поднял её с пола и положил в руку погибшего волшебника. Закрыв глаза умершему, он нехотя, через силу, заставил себя идти дальше.
На крик.
Через разбитую дверную раму он зашёл в какую-то комнату. По всей видимости это была детская. Ребенок плакал в манеже, его лицо уже посинело от слез, губы тряслись. Пухлыми ручками он держался за деревянную изгородь своей кроватки и не отрывал взгляда от самого дорогого в его жизни.
Снегг тоже посмотрел туда и замер у разбитой двери, схватившись за сердце. Он понял, что не чувствует ног и падает на пол.
Перед ним лежало ещё одно тело.
Лили Эванс. Её рыжие волосы, которые Снегг всегда сравнивал с огнем, словно потухли и потускнели, блеск в её зелёных глазах пропал навсегда. Её взгляд был наполнен болью и печалью. Её последний взгляд.
Снегг не знал, что ему делать. Что чувствовать и как поступить.
Он не чувствовал ничего, словно вырвали сердце. Было тяжело дышать.
Северус склонился над телом и закрыл глаза любимой. Сев на колени, он прижал её голову к своей груди, понимая, что больше никогда не вернёт её, не увидит её улыбку, не сможет извиниться. Извиниться за все сказанные им слова.
Он плакал, слёзы обжигали его холодную кожу. Руки тряслись.
Подняв глаза, он увидел глаза младенца. Изумрудные глаза, с волшебным блеском, смотрели на него словно из прошлого. Её глаза».
Деа вспомнила, что портрет именно этой женщины стоял на столе в доме у профессора. Она ещё тогда обратила на него внимание, в тот вечер, когда Северус помогал ей справиться с болью утраты.
— Вы до сих пор скорбите о ней? — вдруг спросила Деа.
Снегг снова вопросительно посмотрел на неё, вдруг поняв, что держит её за запястье.
— Вы эмпат? — Снегг был наслышан об этом умении. Некоторые волшебники способны слышать мысли людей, при прикосновении, если в этот момент они испытывают те же эмоции.
— Да, — без промедления ответила она.
Снегг так и не ответил ни на один её вопрос, закончив перевязку он уже выходил.
— А где Драко? — чуть слышно спросила Деа.
— Беседует с Тёмным лордом. Они уже должны были закончить с «беседой», пойду к нему, — немного задумавшись, он сказал на последок, — скоро придет.
Глава 4
Деа и Драко решили дождаться, когда поедут в Хогвартс. Прежде, чем осуществлять их побег.
Ночью, в последний день августа, они узнали, что министерство, наконец, свержено. Министр убит, теперь страну почти полностью контролирует Волан де Морт.
Утром первого сентября на вокзале было не так то и много детей.
Деа даже не надеялась найти там золотое трио. Первокурсников было очень мало. Маглорожденные ученики тоже не решились в этом году ездить в школу. Поэтому перед отправкой пришлось отцепить два вагона, которые пустовали.