Гарри оглянул всех бегло, убедившись, что все на месте. И в страхе посмотрел на подругу.
Деа стояла, взявшись за живот. Кожа её была бледнее, чем обычно, не белой, а скорее серой. В глазах была боль и подступающие слёзы.
— Деа! — он тут же бросился к ней, она потеряла равновесие и упала на песок.
Гарри сел рядом, приподняв её на руки. На её белом свитере было алое пятно и рукоять серебряного ножа. Она металась глазами, не могла произнести ни одного слова. Сознание путалось.
— Она ранена! — закричал Гарри.
Гермиона подошла ближе и стала искать пульс подруги, потому что дыхание было еле заметным:
— Я попробую ей помочь, пока это ещё возможно, нужно идти в дом.
Гарри больше не слушал и поднялся на ноги, с Деа на руках. Он быстро зашагал в сторону гостиницы. Добби их перенес туда, куда пожелал Рон, в самое ближайшее незаметное место. В гостиницу и, по совместительству, дом его брата. Билла.
Тот растерянно встретил появившихся, а его жена сразу сказала, куда можно отнести Деамону. Стала распоряжаться с остальными, они тоже были ранены, но в меньшей степени.
Гермиона стояла над подругой, разведя руки в сторону. Все конспекты вдруг вылетели у неё из головы. Деа без сознания лежала на кровати одной из комнат, до сих пор с кинжалом под ребрами. А Гермиона не знала, как ей помочь.
К ней в комнату зашла Флёр и Полумна, они тоже хотели помочь, сразу выгнав Гарри и Рона из комнаты.
Мальчики стояли под дверью несколько часов. Иногда Полумна выходила, вынося кровавые бинты или идя за какими-то колбочками в подвал. И на её лице не было той приятной наивности, она была напугана.
Это продолжалось несколько дней. Беспокойство росло, а Гермиона всё не отходила от подруги.
Пока вечером не вышла в слезах из её комнаты. Она не могла внятно говорить и села возле двери на пол.
— Я не могу… ей только хуже, — дело в том, что там была не только рана, нож был пропитан ядом, который медленно убивал Деамону.
Рон подошёл к Гермионе и приобнял её за плечи, пытаясь успокоить, хотя и он сам сильно волновался.
Гарри обошел друзей и зашёл в комнату. Флёр была внизу на кухне, а Полумна сидела рядом с Деамоной и гладила её плечо, пытаясь сочувствовать. Софи сидела на подоконнике.
Когда Гарри зашёл, Полумна поняла, что он пришел попрощаться, и вышла из комнаты вытирая слёзы.
Деа лежала с измученным взглядом. Тело покрыл холодный пот. За дни в пещере и несколько дней здесь, она сильно похудела. Кожа обтягивала кости.
В комнате горело три свечи. На улице была непроглядная ночь.
— Гарри? — её голос хрипел и был будто не отсюда, словно она на половину уже была на другой стороне. Деа попыталась приподняться, но уже два дня она не чувствовала ног и часть живота, сегодня перестали слушаться руки.
Гарри не мог нормально смотреть на подругу, это было больно, но он понимал, что ей сейчас больнее, — мне нужно сказать…
Гарри подошёл ближе и сел на стул рядом с кроватью.
— Беллатрисса… Она говорила, боясь, что мы проникли в её хранилище. Там хранится… Там крестраж. Тёмный лорд раздал их своим приближенным. Беллатриса как-то упоминала про ценный кубок… Кубок Пуффендуй. Значит, остальные тоже связаны с Хогвартсом. Это диадема Когтевран. Меч он достать не смог… Змея… Он бережёт её. Она теперь в сфере. Она крестраж. Это шесть. Остался седьмой, если их не больше.
Гарри взял её за руку, у неё была лихорадка, и он не знал бредит ли она или это её сознательные домыслы.
— Я в этом уверена. Это они.
Гарри опустил взгляд, ему было тяжело смотреть в её серые, как луна, глаза.
— Скоро наступит утро, — зачем-то добавила она, — расскажи что-нибудь.
Он снова посмотрел на неё, ему стоило больших усилий держать себя в руках.
— Я же тебе не говорил, как меня летом ещё забирали с Тисовой улицы в этом году? — он попытался улыбнуться.
Деа отрицательно покачала головой.
Гарри попытался выбрать из того эпизода своей жизни самые веселые моменты. Например, то, что все его друзья с помощью оборотного зелья приняли его облик. Он не сказал о смерти Грюма, это Деа домыслила сама.
— Вот. Фреду оторвало ухо, близнецов потом долго не путали.
— Ну, хоть когда-нибудь.
— Они всегда тебе всё рассказывали, чудные они. До последнего не верили, что с тобой случилось.
— Да, они всё рассказывали… Они признались, что были в меня влюблены, так просто и сказали. Расскажи им, Гарри. Расскажи им правду.
— Я расскажу. Не волнуйся, — он ненадолго замолчал и тяжело выдохнул.