«Я обязательно все верну Федору» - думаю и расправляю на себе платье, которое, естественно, куплено на деньги отчима…
Мама успокаивала, говоря, что платье – это подарок на мое недавно прошедшее восемнадцатилетие. Но я обязательно рассчитаюсь с Федором, когда начну работать…
Сама завиваю себе легкие локоны. Макияжа почти нет, немного туши, что осталась у мамы. Сейчас мне нравится тишина внутри. Я рада, что моя мама не суетная. Она очень спокойная, тихая, мирная. Мне есть с кем сравнить. В общежитии, где мы жили, у многих подростков были очень агрессивные, истеричные родители… Мне же повезло… Но иногда мне кажется, что моя мама очень далеко… Словно улетит, как бабочка, если я отпущу ее руку…
Спешу в свою школу. Я расслаблена, потому что Макс опять не ночует дома, а ведь у него на носу защита диплома. Я слышала из разговора Федора и мамы, что Макс с друзьями снимает квартиру, что он и Витя арендовали помещение, куда завезли оборудование, и что они чинят компьютеры. А еще, Федору кажется, что они проворачивают там не совсем законные дела, получая легкие деньги.
А дальше Федор ругался на Макса, грубо высказываясь о нем моей маме… Я не стала слушать, просто увела Сашку в его комнату, чтобы малыш не смотрел на рассерженного отца. И, от чего-то, не хотелось слушать о Максе дурные вещи. Внутри появился горький осадок. Мне даже потом снился сон, что Макса сажают в тюрьму, разогнав их контору… И больно мне было во сне от того, что не увижу его… и что мы так и не успели поговорить…
- Привет, отлично выглядишь, - вырывает меня из тяжелых дум знакомый голос. Оборачиваюсь на ступеньках крыльца школы и вижу Вову.
- Спасибо, ты тоже, - улыбаюсь и тут же убираю улыбку, потому что Вова делает немного надменный вид.
Значит все-таки обиделся, что я не пошла с ним.
- После торжественной части пойдешь с нами на набережную? Или «строгие родители» не разрешат, - сарказм, усмешка и обида в каждой фразе.
- Не знаю, посмотрим, - пожимаю плечами и отхожу от него в сторону толпящихся нарядных выпускников.
Еще мне плохого настроения Вовы не хватало. И почему парни такие обидчивые… как дети. Хотя, вспоминаю Сашку, могу сказать, что не все дети обидчивые, многие ведут себя мудрее и честнее, чем некоторые взрослые.
- Ань, - догоняет меня Вова, расталкивая наших одноклассников, под их возмущенное «эй», и становится позади меня на линейке. – Прости, я просто… что-то настроения нет. Ты не обижайся на мою грубость… Ты тут ни при чем!
- Ничего страшного, бывает, - ну хотя бы так.
- Ты это… обязательно иди на набережную все наши будут. – Вова уворачивается от щелбана, что хочет отбить ему Сережа. – Аня, там Тема полароид прихватил, сделаем снимки! – Вова довольно улыбается, а я леденею от слова «полароид».
Сейчас срабатывает условный рефлекс, и прошибает холодный пот. И перед глазами мелькают картинки недавно прожитых событий в лесу.
- Ну, что? Пойдешь? - Вова не унимается.
- Не знаю, - отвечаю достаточно нервно, оглядываясь по сторонам. Вова хочет спросить что-то еще, но уже начинается торжественная часть.
Мимо меня проходят поздравления и напутствия выпускникам. Я лишь нервно ломаю пальцы, вспоминая, что бабушкино кольцо так и не забрала из коробки Карины… И разглядываю толпу… пытаясь высмотреть… ЕГО…
- Кого ищешь? – спрашивает Вова шепотом неожиданно близко, что я поворачиваюсь к нему, встречаясь с его презрительным взглядом… Он что-то знает…
В ушах начинает шуметь кровь, когда приходит мысль о том, что Макс мог показать фото…
- Ну что? Вы идете с нами? – спрашивает нас с Вовой одноклассница, устало поглядывая на наручные золотые часы.
- Ты иди, Марин, я догоню! – отвечает Вова, сжимая губы и посматривая нервно на меня. – Ну так что? – слишком грубо, а значит ответ будет только один.
- Нет. Мне уже пора, - улыбаюсь, как ни в чем не бывало, стремясь оставить раздраженного одноклассника, которого считала другом.
- Стой, - оборачиваюсь на его выпад в мою сторону, но Вова сдерживает себя, отводя руку от моей, которую стремился схватить. Выдыхает будто спокойно, но смотрит с претензией. – Ты ведь не из-за родителей не идешь со мной! – ухмыляется, засунув руки в карманы брюк.
- Это не важно, - отворачиваюсь от него. Я так устала от всех, хочу домой. И не хочу выслушивать претензии Вовы.
- А он тебе не родной брат… - поворачиваюсь снова, мне не приятен его тон и то, что он лезет не в свое дело. – Я знал Макса, он учился в нашей школе на пять лет нас старше… Только тогда… у него не было никакой сестры, - победный взгляд, словно разоблачил шпиона, только я не придумывала легенд.