Не узнаю себя опять. Потому что так осторожно глажу спящую Аню по волосам, веду рукой по ее плечу и останавливаюсь на синяках от моих пальцев, видя совпадение слепка, и впервые чувствую щемящее чувство.
Мне одновременно хочется ее задушить, кусать ее губы до боли, забирать воздух жестким поцелуем и заставить ее любить себя, стать для нее всем… всем миром… Впрочем, ничего не поменялось за эти почти семь лет в отношении Ани…
Признаться, я не собирался брать ее в туалете... и так грубо.
Я не верил до последнего, что она любовница недоноска Левицкого…
Да, я искал ее все это время и нашел… Даже под другим именем, фамилией и отчеством, другой датой рождения… Но был готов убить Аню, когда узнал, что у нее есть ребенок. Я не стал узнавать подробности, оставив на десерт, мучая себя неизвестностью и ожиданием, как последний мазохист. Решил, что спрошу все с нее лично.
Мы легко взломали систему Левицкого, хакнули компьютеры, а потом втерлись в доверие и предложили свои услуги. Было просто, тем более такое мы проводим не впервые, любезно заставляя бизнесменов пользоваться нашими услугами.
Меня совершенно не гложет совесть. Если не мы, так это сделают другие рано или поздно. Можно сказать, что мы показываем уязвимость и дыры в защите. А затем исправляем и делаем все по высшему уровню.
Я слетел с катушек, когда увидел, как недобизнесмен Влад, а по сути, обычный торгаш, смотрит на Аню. Прикасается к ней, а она позволяет.
Аня совсем не изменилась внешне на первый взгляд. Исчезла угловатость подростка, фигура стала женственная, а взгляд стервозный.
Непроизвольно сжимаю челюсть и судорожно выдыхаю, когда представляю, что ее касались другие мужчины...
Мышка сейчас такая кроткая и нежная, спокойно спит, словно невинная овечка...
Заснула она только под утро, потому что не мог остановиться и брал ее несколько раз за ночь, без нежности и ласки. Выбивая из нее стоны и крики. За все те годы, что она не была со мной… И мне…
Мне сносило крышу от нее. Потому что она принимала мой напор, позволяя мне брать так, как я хочу.
«Неужели, ты скучала по мне, Аня?!»
Бужу Аню специально, она должна проснуться и закончить мою пытку. Теперь у нее будет новый распорядок.
Настойчивее сжимаю ее талию и бедра, прижимаю к себе, утыкаясь носом в нежную шею, на которой вчера смыкалась моя ладонь.
Мышка открывает глаза... Из них ночью текли слезы от переизбытка эмоций, когда она задыхалась от ощущений.
Не могу удержаться и убираю с ее лица разлохмаченные волосы, вспоминая, как несколько часов назад наматывал их на кулак, фиксируя в хватке.
А теперь из меня вылезает неуместная нежность…
- Мне нужно в ванную и домой, - говорит Аня, присаживается и натягивает на обнаженную грудь одеяло.
Я лишь киваю ей, протягивая сорочку. О ее дальнейшей судьбе я сообщу за рулем, только вот вынырну из странного состояния, в котором увяз…
Аня выходит из гостевой ванной, когда я уже полностью собрался и сварил кофе. Она выглядит спокойной… Надеюсь, что я не сломал ее снова. Сломанная кукла – плохая игрушка…
- Какой сервис! – язвит, оглядывая приготовленные для нее вещи, а я лишь ухмыляюсь. Эту дерзость я буду выбивать из нее немного позже, и не до конца… Мне по вкусу. А пока пусть думает, что в преимуществе. - Это тоже для меня? - осматривает наигранно пристально одежду. – Ты достал из своих кладовых? Ты рвешь одежду всем женщинам, с кем спишь… А потом наряжаешь, как кукол? – хмыкает, рассматривая юбку и тонкую кофту.
- Я просил утром доставить вещи для тебя, Аня. И тебе не идет быть язвой, – нарывается, зараза… - Тебя ждет твой кофе и завтрак! Садись!
- Спасибо, не нужно. Меня ждут, – сжимаю кружку с кофе излишне сильно от ее слов. Пришло время все узнать.
В машине я нервно курю. Бросил давно… Но увидел ее и сорвался вновь. Поглядываю изредка на расслабленную Аню, что спокойно смотрит в окно, когда я хочу рвать на части всех… кроме нее…
- Я надеюсь, ты не будешь рушить жизнь Владу! – она, серьезно, смеет это просить? - Он много сделал для нас с… - замолкает…
- Для вас с ребенком? – язвлю уже и я, вскипая не на шутку. – Или он ваш общий? – выдаю, не сдержавшись, на что Аня лишь усмехается, прикрывая глаза и облокачиваясь сильнее на кресло.
- Надо же, ты не стал узнавать подробности, Макс… Жаль… - бьет в ответ.
Сворачиваю на нужную улицу, сдерживая всю бурю, что творится у меня внутри. Как этой маленькой заразе удается выводить меня из равновесия?!
- Молись, Мышка… чтобы это был мой ребенок! – злобно скалюсь, смотря на дорогу перед собой.