— Что будет делать ильхан, когда поймёт, что мы не бежим перед его флотом? Он может развернуться в любой момент и поймать нас.
— Единственный способ для него узнать это — достичь Внутренней Сферы самому и обнаружить, что мы не там. К тому времени у нас будет достаточно астронавигационных данных, чтобы не следовать по Дороге Исхода обратно в Синдикат Дракона. Мы сможем выбирать и сами решать, куда мы хотим вернуться. Николай или будет вынужден развернуться и вернуться домой, или столкнуться с Внутренней Сферой теми войсками, которые будут у него. Я полагаю, что он будет так занят избеганием военных подразделений Домов, что мы сможем обойти его.
— Останутся некоторые наши люди, которые не успеют добраться до пунктов отправки. Мне не нравится мысль оставить кого-то из Росомах позади.
Лицо Мак-Эведи закаменело.
— Мы много узнали о логистике во время Исхода, а второй Исход в Страну Мечты перед гражданскими войнами также дал нам какие-то сведения. Это не менее чем амбициозный план или операция, но действительность состоит в том, что какие-то наши люди не успеют добраться. Они будут отрезаны, в одиночестве, оставлены позади. Мне не нравится это, ни капельки, Франклин, но это реальность, воут. Конечно, всё возможное должно будет быть сделано для них, есть планы для их выживания.
— У вас должны быть какие-то мысли по этому поводу, воут?
— Ут. Мы отдадим им приказы рассеяться, спрятаться, смешаться. Поначалу их жизнь будет трудна, но не такая, как если бы они были разыскиваемыми преступниками. Через некоторое время они смогут сжиться с другими кланами и найдут способы продолжить нашу историю.
Франклин пристально разглядывал голографическую карту и медленно поднял глаза обратно на хана Мак-Эведи.
— Как говорится, «на бумаге то всё выглядит хорошо».
— Этого недостаточно, и вы знаете это, — ответила Сара, медленно откинувшись назад и немного поморщившись. «Раны всё ещё беспокоят её» — машинально отметил Франклин. — Николай не привык к людям, которые не следуют его командам. Из того, что я могу сказать по собственному опыту, сама идея, что кто-то не делает так, как говорит он, совершенно чужда ему. Когда мы сбежим за свободой, он пойдёт за нами не только с Волками, но и с каждым кланом.
— А как же вызовы? Это, безусловно, поможет уменьшить ущерб нашим людям, если они настигнут нас?
Мак-Эведи покачала головой.
— Ты должен понять. Помнишь инцидент с «Принцем Евгением»? Николай был движущей силой того, что случилось там, как бы ни указывали люди на Александра. Милосердие… жалость… они все отойдут на второй план, когда вскипит его злость. После двадцати лет сражений, наконец, настал мир. Неповиновение это не то, с чем спокойно ведёт себя ильхан. Не считаясь с нашими официальными правилами и традициями, он найдёт способ удостовериться, что Росомах больше не существует. Я боюсь, что победить на поле боя для него будет недостаточно.
Франклин ничего не говорил некоторое время. «Исчезли. Ильхан хочет, чтобы мы исчезли. Какие преступления мы совершили, что дошли до этого? То, что мы разрешили людям менять свои касты? Отрицательно! Этого не может быть, недостаточно. Почему они все обернулись против нас? Мы же такие, как и все они, но каждый клан начал смотреть на Росомах с презрением и ненавистью» — мысли вспуганными птицами метались в его голове.
— Этот план сработает, мой хан. Он должен. Нет альтернатив. Если мы останемся и будем ничего не делать, кланы испытание за испытанием источат нас.
— Я верю, что есть другие, которые видят положение дел так же, как и мы. С политической стороны я планирую встретиться с Николаем лично, чтобы понять его чувства, если он будет открыт со мной. Я не хочу, чтобы меня вынудили выполнять наши планы, и надеюсь, что найду что-то в Николае, чтобы предотвратить это. Это зыбкая надежда, — признала она.
— Вы узнаете, когда придёт время, когда я призову Росомах к отделению. Это будет тест, который позволит увидеть нам правду: верят ли те, кто заявлял, что верит, в путь, по которому мы мужественно проследуем. Это также будет подсказкой, что мы должны начинать «Возврат» немедленно. Мы должны сделать свой шаг прежде, чем кланы соберутся против нас. Это также даст время союзникам, которых мы можем получить в Совете.