Даже с такого расстояния, различая выражение на лице Веджа лишь постольку, поскольку его поза позволяла это сделать, Хэн и Лея могли видеть, как он внезапно заледенел.
Хэн хорошо представлял себе, что Ведж сейчас чувствует. Он едва удержался, чтобы не попросить Лею прорубить в стене дыру, через которую можно хорошо стрельнуть.
Ведж выключил инфопланшет и убрал его в карман, а потом как ни в чём не бывало развернул стул к Тракену.
— Да, она служит в вооружённых силах Галактического Альянса. Как и многие другие кореллианцы. Где она именно сейчас, не могу сказать.
— Хочу послать ей депешу, — сообщил Тракен. – Буду признателен, если вы сделаете приписку с просьбой согласиться на моё предложение.
— А что вы хотите предложить?
— Это вас не должно занимать.
Ведж даже не потрудился изобразить незаинтересованность или притворное недоумение.
— Само собой, это меня очень даже занимает. Или я должен поддержать всё, что вы там ей напредлагаете?
— Да. Это ваш долг. И я вынужден настоять на этом.
— Ну давайте.
В голосе Тракена послышалось сомнение:
— Что?
— Настаивайте давайте. Очень интересно послушать.
— Ну что ж. Генерал Антиллес, как Глава государства и военный министр, я приказываю вам связаться с вашей дочерью Сайэл и со всей силой убеждения велеть ей следовать моим указаниям. Так подойдёт?
— Конечно.
— И?
— Да пошли вы.
— Допросится Тракен, убьют его, — прошептала Лея.
Хэн кивнул:
— Давай заглянем к нему и скажем: «Скорей бы!».
— Тихо.
Тракен продолжил:
— Антиллес, вы в условиях военного положения отказались исполнять приказ, и это официально зафиксировано. Стоит мне пойти на принцип, и сотрудники спецслужб незамедлительно выпроводят вас из помещения. Через час вы предстанете перед трибуналом, а завтра утром будете казнены.
— Это вы, конечно, можете, — Ведж встал и потянулся, вскинув руки над головой и выгибая спину – сама беспечность. Лея практически слышала хруст усталых суставов и позвонков. Ведж принял непринуждённую позу. – А в мирное время можно было бы заказать меня наёмному убийце за то, что моя причёска лучше вашей. Если б меня волновали такие пустяки, я бы уже давно лишился сна. Но лучше я объясню вам, по какой причине это будет ужасной, ужасной ошибкой с вашей стороны.
— Уж объясните.
— Если я откажусь – что я и сделал – и вы казните меня, то выйдет так, что вы променяли жизнь высшего офицера на какие–то там диверсии и информацию, которые надеетесь вытянуть из низшего офицера. Неравноценный обмен. Я, конечно, не Гарм Бел Иблис, но я лучший стратег, что есть в вашем распоряжении. Кроме того, у меня есть могущественные и влиятельные друзья по всей галактике, а в казнённом состоянии я не смогу прибегнуть к их помощи для вашего блага… скажем, не посоветую им склонить местные планетарные правительства на сторону Кореллии.
— Чем эти ваши действия отличаются от предложенных мной?
— Не предложенных, господин министр, а предписанных. Разница в том, что попросить, к примеру, Уэса Дженсона замолвить за нас словечко перед правительством и армией Танааба – это по чести. А просить девочку нарушить присягу и опуститься до предательства – нет. Я донёс до вашего понимания, чем это различается?
— Не передёргивайте, Антиллес.
— Отвяжитесь от моей семьи, Сал–Соло.
— Я всё равно обращусь к вашей дочери. И советую вам сделать, как я сказал.
— Делайте, что хотите, — пожал плечами Ведж.
— Вы не боитесь, что я так или иначе добьюсь своего?
— Ну, добьётесь. Только без моей помощи.
Ответа на это не последовало. Несколько секунд спустя квадрат света из ложи Тракена, падавший неровным контуром на стол, исчез.
Антиллес прошёл к выходу и скрылся из поля зрения где–то под той самой ложей.
— Ведж только что погубил себя, — проговорила Лея.
Хэн кивнул:
— Он достаточно умён и сам всё прекрасно понимает. Впрочем, до этого ещё далеко. Пока что Ведж нужен Тракену.
— Но как только он разозлится до того, что позабудет о собственной выгоде…
— Да уж.
Реллидир, Тралус
— Не нравится мне это, — сказала Джейна.
Она стояла на ровной зелёной лужайке под ясным голубым небом. Лёгкий ветерок шевелил её волосы и навевал прохладу. Рядом стоял Зекк, оказывавший ей молчаливую поддержку… и знаки насмешливого внимания к непредсказуемым сменам настроения.
Вдали виднелся Навосский центр сценических искусств со всеми своими красивыми рифлёными башнями. А совсем близко, на траве, не закатанной в дюрабетон прогулочных дорожек, стояли девять крестокрылов эскадрильи Люка «Опорная точка».