— Да, — прохрипел он, и мое сердце заколотилось в груди. — Но есть еще кое—что, что ты должна знать обо мне, прежде чем решишь быть со мной, — прошептал он. — И я не могу тебе сказать...
— Почему ты не можешь мне сказать? — спросила я.
— Потому что я хочу уберечь тебя, — признался он ранимым тоном. — И я боюсь, что чем больше ты будешь знать, тем большей опасности подвергнешься...
Дрожь страха пробежала по моему позвоночнику.
Он предупреждал меня.
Я должна была прислушаться к нему и своему инстинкту, который кричал об опасности...
Но я не послушала.
Не обращая внимания на чувство страха, я обхватила его за шею и вздохнула.
— Я счастлива, что сделала то, что произошло сегодня. — Я закрыла глаза и прикусила губу. — Я просто хотела сказать тебе это.
— Если мы сделаем это, Тиган, — сказал Ноа суровым тоном, когда его руки легли на мои бедра. — Тебе будет нелегко быть со мной... — Он сделал паузу и провел большими пальцами по моим скулам. — Это будет непросто, Торн... Я хуже всех подхожу тебе.
— Я прекрасно это понимаю, — честно признался я. — Но я также знаю, что в тебе больше хорошего, чем плохого, Ноа.
Ноа долго смотрел на меня, прежде чем испустить усталый вздох.
— Как, черт возьми, мы сюда пришли?
— Куда?
Прижавшись губами к моему горлу, Ноа провел языком по моему пульсу.
— К тому, что я не могу дышать без тебя.
От его слов по моему телу пробежала дрожь, и я вздохнула.
— Ты разбил мои стекла, — вздохнула я, наклоняя шею набок, чтобы прижаться к его губам. — И я...
Мои слова были заглушены губами Ноа, они прижались к моим, обжигая меня, и я была уверена, что уже никогда не стану прежней. Я никогда не пойму его, и, возможно, это нормально. Мне нужно было только принять его, и сердце, казалось, сделало это без участия мозга, так что я решила, что этого будет достаточно. Я рисковала с Ноа тем, чтобы быть с ним, но в глубине души я знала, что никогда не буду чувствовать себя так с кем—то еще...
— Ладно, расставайтесь, — весело произнес мужской голос, в котором я узнала Дерека. — Мне поручили проводить эту девушку до дома.
С неохотой я отстранилась от Ноа.
— Думаю, увидимся... завтра или что-то в этом роде? — пробормотала я, чувствуя себя взволнованной и немного неуверенной.
— Обязательно увидимся, — сказал мне Ноа с ободряющей улыбкой.
****
ГЛАВА 20
Тиган
— Передай молоко, Тиган, — ворчал Макс воскресным утром за завтраком, помешивая ложкой кофе в кружке. — По возможности сегодня.
Мы сидели друг напротив друга за кухонным столом. Макс испытывал мое терпение к тому же он был ближе к молоку, чем я, и он чертовски хорошо это знал.
Нехотя я пододвинула коробку на дюйм ближе к дяде и сделала это с минимальным энтузиазмом, насколько это было возможно, прежде чем снова занять позицию игнорирования противника.
Этот осел наказал меня на время рождественских каникул и даже взял двухнедельный отпуск на работе, чтобы понаблюдать за мной. В условия наказания входило запрещение выходить из дома, никаких ночевок, а также конфискация ключей от машины, телефона и ноутбука. Макс также дал понять, что у меня не должно быть абсолютно никаких физических контактов с соседским мальчиком, будь то драка или ласки — его точные слова.
Так что последние две недели я, по сути, провела, с тоской глядя в окно. С той ночи я не видела Ноа, и единственное, что помогало мне оставаться в здравом уме, это то, что он каждый день стучался в мою дверь. Я считала, что это очень мило с его стороны, учитывая, что Макс всегда отвечал и осыпал его оскорблениями. Но Ноа всегда говорил ему одно и то же: «ты можешь пытаться скрыть ее от меня, но я никуда не уйду...»
С одной стороны, у Макса закончился срочный отпуск, и сегодня он должен был вернуться в больницу.
С другой стороны, напряжение, между нами, теперь было ощутимым, я понимала сердцем и душой, что мы потеряли часть наших отношений, которую уже не восстановить и не заменить...
Я мысленно отсчитывала минуты до ухода Макса на работу. Я больше не хотела находиться рядом с ним с тех пор, как две недели назад из его уст прозвучали слова: «Я совершенно не намерен тратить свою жизнь на воспитание чужого ребенка».
Предательство даже не могло объяснить, что я чувствовала рядом с ним сейчас.
— Для девушки, которой на прошлой неделе исполнилось восемнадцать, твое поведение невероятно детское, — пробормотал Макс, и мне пришлось прикусить язык, чтобы не выкрикнуть какую —нибудь колкость, которая только подтвердила бы, насколько юной я была на самом деле.