- Да что ж ты так орешь! – послышался раздраженный голос, а я все еще ору, не переставая. Через мгновенье меня опрокинули на траву, закрывая рот поцелуем. Я вознегодовала, упираясь руками в его плечи, но Аристей сгреб мои руки вместе и прижал к траве.
«И все-таки я ему нравлюсь!», - чувствовала я, пробуя его губы на вкус. Пока что в голове не откладывалось: «Чудовище – Аристей – Чудовище- Аристей», но я почти не могла думать об этом, отдаваясь поцелуем со всей адреналиновой страстью. А что-то, а адреналина мне хватило!
- Что случилось! Мы слышали крик! - послышались кудахтающие и встревоженные голоса. – Крик был где-то здесь!
Поцелуй оторвался от меня, оставив меня в растрепанных чувствах и юбках.
- Ваше высочество! – вылетела стража. На крики сбегались люди. Яркий свет фонаря ударил мне в глаза. – Вы … вы целы! Тут кто-то кричал! Кричала женщина!
Аристей встал, глядя на стражу невозмутимо. Люди с ужасом смотрели на испачканный кровью платок на траве.
Глава 28. Гулять так гулять!
- Это… это… - заметил стражник. Он подошел и поднял платок. На платке были инициалы. В свете фонаря я заметила ботинок, который лежал неподалеку. Золотая пряжка, скалывающая бант, сверкнула, а народ ахнул. Видимо, ботинок слетел с ноги герцога, когда чудовище проглотило его.
- Это же платок герцога Мэсэра! – произнес стражник.
- Расступитесь! – внезапно произнес грозный женский голос. Дела принимали прескверный оборот. Сюда спешила императрица со свитой. В руке драконицы была трость, которой она бесцеремонно раздвигала зевак, понабивавших со всех сторон.
- Я слышала, что тут мой племянник! – заметила она, пока все расступились в подобострастном поклоне. – И мои настурции!
- Обидно то, что настурции тебе, тетушка, намного дороже, - заметил Аристей, пока я видела, как прибывает любопытный народ.
- Настурции не треплют мне нервы, дорогой племянник! – заметила тетушка – императрица, поддевая кончиком драгоценной трости башмак. – И девушки не прибегают ко мне с криком: «Матушка, я возможно, беременная от настурций!».
Кто-то прокашлялся, пытаясь подавить смешок.
- Итак, где Мэрсэр? – спросила императрица. В свете фонарей она казалась еще величественней.
- Он бросил девушку одну в саду! – произнес Аристей, а я решила помолчать. Дракон немного спрятал меня за собой, пока все обсуждали наглость герцога.
- Насколько я знаю Мэрсэра, он не оставит красивую девушку в саду одну! – произнесла императрица. На ее лице читались подозрения.
- Только если она голая, а она одетая, - заметил Аристей, пока кто-то из придворных хрюкнул.
- А кровь на платке откуда? - спросила императрица, кончиком трости поддевая платок в руках стражника.
- Она пошла у него из носа! – заметил Аристей. Глаза императрицы сузились до подозрительных щелок.
- И почему же, извольте спросить? Прямо так сама и пошла? – голос драконицы не предвещал ничего хорошего. Кажется, она догадывалась, что случилось на самом деле.
- Он увидел меня, поздоровался и … внезапно разнервничался, - заметил Аристей.
- Настолько разнервничался, что побежал? – настаивала императрица, явно негодуя. Придворные чувствовали ее гнев, незаметно отходя от нее на несколько шагов.
- Вообще-то, все было не так! - встряла я, поймав на себе взгляд, полный удивления.
Аристей обернулся на меня, а его глаза злопамятно сузились. До чего же они похожи в этом жесте!
- Я скажу, как все было на самом деле! – твердо решила я, видя, как императрица с интересом смотрит на меня.
- Рассказывай, дитя мое, - елейно – ласково произнесла императрица.- Не стесняйся… Нет, скажу по- другому. Не бойся…
Глава 29. Когда тупое считает себя хитрым
- … потому что испугался привидения. Мы гуляли с герцогом, он рассказывал мне про то, что призраки здесь не водятся. А потом появилось привидение, схватило его… Герцог побежал… А потом из-за дерева… Вон из-за того появилось привидение… Герцог испугался и спрятался за меня… - произнесла я, а придворные переглянулись. Храбрость Мэрсэра явно была знакома многим.
- Снова? Призрак? – удивилась императрица. Она осмотрела сад так, что любое привидение в радиусе должно было отпеть себя само и упокоить.
- Да! – горестно вздохнула я, глядя на изумленного Аристея.
- Это было так, дорогой мой племянник? – спросила императрица, глядя на Аристея с подозрением.