— А эти, рабы?… — спросил Дамон, указав на трех человек, закованных в цепи.
— Продают здесь и людей. Но за них владычица платит много меньше, чем за сведения о необычных существах.
Вдоль того, что осталось от самой широкой и людной улицы города, на скорую руку было построено множество маленьких одноэтажных зданий из подгнившего дерева. Крышей им служили шкуры ящериц или пропитанные маслом холсты. Рагх остановился напротив одной из таких построек и указал на грубо выведенную надпись, которая говорила, что это мастерская портного.
Грозный Волк нащупал в кармане кошелек, пожал плечами и исчез в дверях. Мэлдред вошел следом, предварительно удостоверившись, что сивак остался на часах у входа.
Через несколько минут оба вышли преображенными. Дамон красовался в темно-серой тунике и мерных штанах с поясом с кармашками. Силач приобрел коричневый плащ, а также рубаху и штаны темно-коричневого цвета.
Следующую остановку они сделали возле лавки, которой владел гном. Грозный Волк проголодался и дал хозяину несколько монет за фляжку ликера и пару толстых кусков копченого кабаньего мяса, которое тут же разделил с Мэлдредом и Рагхом.
— Никогда не встречал вас раньше, — заметил хозяин, разглядывая посетителей маленькими цепкими глазками.
— Вероятно, ты не очень внимателен, — солгал Дамон. — Хотя, действительно, я нечасто посещаю этот город.
Гном спрятал деньги в карман и махнул короткой рукой на полки, уставленные бочонками с маринованной рыбой и грибами, рядом с которыми висели окорока и колбасы.
— Хотите еще что-нибудь?
— Меня интересуют старые, необычные вещи, — сказал Мэлдред.
— Тут много всякого такого, — усмехнулся владелец лавки, посмотрел за спину Грозного Волка, увидел в дверях сивака, нахмурился и показал на Рагха. — Вот, например — древние существа, дракониды…
— Нет. Люди, — сказал Мэлдред. — Очень старые люди.
Гном пощипал бороду.
— Слышал когда-нибудь о чародейке? — спросил Дамон. — Очень старой женщине, которая…
Раскатистый хохот заметался по лавке:
— Чародейка? Да они у нас тут на каждом углу!
Великан постучал пальцами по прилавку:
— Старая женщина. Очень старая. Чародейка и целительница.
— Говорят, она родилась еще до Катаклизма, — добавил Грозный Волк.
Глаза гнома весело заблестели.
— Это, пожалуй, Мааб. Безумная Мааб, как некоторые ее называют. Когда-то она была чародейкой Ложи Черных Мантий. Еще до Войны Хаоса. До ухода Богов. До того как появилась черная драконица и болота начали поглощать город. Кое-кто говорит, что она действительно жила задолго до Катаклизма, но ведь это же невозможно, верно?
— А ты видел ее? — Дамон уже не мог сдерживать охватившее его возбуждение.
— Нет. Никогда. Хотя у меня есть друзья, которые утверждают, что видели ее. Правда, это было несколько десятков лет назад.
— Так она умерла? — вскрикнул Грозный Волк.
— Может, и умерла. Наверняка умерла. Ходят слухи, что она пыталась сдержать наступление болота.
— И?… — настаивал Мэлдред.
— А болото окружило нас со всех сторон, разве сами не видите? Город потихоньку разрушается.
— Где ее башня? — Силач так вцепился пальцами в прилавок, что суставы побелели. — Я слышал, она живет в башне.
— О! Башня все еще существует. Это башня с пастью дракона. В северной части города.
Дамон с Мэлдредом пустились вниз по улице, Рагх шел позади на почтительном расстоянии. На рыночной площади они остановились. В воздухе витало изобилие звуков и запахов, но ни один не был приятным.
Несмотря на дождь, возле каменных и стальных клеток собралась большая толпа. Клетки стояли в ряд по краю болота, которое, вероятно, раньше было парком. В передних рядах стояли дети, разглядывавшие со страхом и восхищением существ, заключенных в клетки.
— Недавно доставленные чудовища, — сказал сивак. — Агенты Сабл еще не осмотрели их. Самые чудные будут отправлены прямо к драконице в Шрентак, других будут показывать в балаганах, а кое-кого оставят здесь для развлечения публики.
— А как же?… — вопрос Дамона повис в воздухе.
— Ловцы привозят их сюда. Это выгодный способ заработать на жизнь.
Около клеток стояли крепкие мужчины, вооруженные мечами и копьями. Они держались очень уверенно вблизи чудовищ и снисходительно поглядывали на народ. Грозный Волк решил, что это и есть ловцы.
Один из них покалывал копьем коричневую ящерицу размером с корову. Тварь имела двенадцать ног, заканчивавшихся расщепленными копытами, и настолько широкое тело, что его не смог бы проглотить даже аллигатор. Человек старался заставить монстра изобразить что-нибудь. Наконец ящерица начала реветь и шипеть, плюнула сквозь решетку и попала в лицо большеглазой девочке. Ребенок вскрикнул и быстро убежал.