Плеск воды прервал мысли мистера Фаррела. Стефани плавала в бассейне, рассекая воду сильными взмахами рук. Уоррен проследил, как его дочь вылезла из бассейна, подняла голубой халат и накинула его. Боль и ненависть охватили Уоррена, потому что никогда еще Стефани не была так похожа на свою мать.
Ну хорошо, не важно, какие там шуры-муры между его дочерью и этим чистильщиком бассейнов, но их отношения нужно немедленно пресечь. Через год сын Лионела Бергмана закончит Принстон и сможет жениться на Стефани. Уоррен не допустит, чтобы этому что-то помешало. Может, дочери и не нравится договоренность об этой свадьбе, но она все равно сделает то, что прикажет отец: она всегда его слушается.
— Ты еще здесь, Дуглас?
— Да, сэр.
— Иди и скажи моей дочери, что я хочу ее видеть.
Майк с беспокойством смотрел, как Стефании вбежала в дом.
— Что случилось? — спросил он, обернувшись к Дугласу. — Почему он хочет видеть ее?
— Он увидел вас вместе, — в голосе Дугласа явно чувствовалось беспокойство.
— Господи, ей уже почти восемнадцать, Дуглас. Разве ей нельзя разговаривать с юношами?
— Вы не только разговаривали.
Майк провел рукой по волосам и стал ходить взад-вперед по террасе. Это его вина. Ему не следовало целовать ее днем, на виду у всех. Щурясь от яркого утреннего солнца, он взглянул на фасад из красного кирпича.
— Я не могу допустить, чтобы она одна отвечала за все. Мне нужно подняться и все объяснить.
— Не делай этого, Майк. Ты только все испортишь, — остановил его Дуглас.
— Ты его боишься, Дуглас? — от беспокойства в глазах дворецкого у Майка пробежал мороз по коже.
— Нет.
— Это неправда. — Дуглас продолжал молчать. Тогда Майк встал прямо перед ним и попытался заставить дворецкого посмотреть ему в глаза. — Ты опасаешься, что он побьет Стефани, не так ли? Он уже делал это?
— Уже давно нет, — покачал головой Дуглас. — Уверен, он не…
— Я иду туда, — перебил дворецкого Майк. — Где кабинет мистера Фаррела? — Пока Дуглас колебался, Майк оттолкнул его. — Не важно. Я сам найду.
* * *
С пересохшим ртом и бешено колотившимся сердцем Стефани поспешила в кабинет.
Боже мой, что отец делает дома?! Что он видел? В доме работал кондиционер, но Стефани дрожала больше от страха, чем от холода. Она плотнее запахнула халат.
Перед дверью Стефани сделала глубокий вдох и постучала.
— Входи.
Отец, одетый в один из темных костюмов, стоял перед письменным столом. Он выглядел как всегда бесстрастным и упрямым, и только бледность его щек была необычной.
— Здравствуй, отец. Не знала, что ты дома.
— Это и понятно. — От Стефани не ускользнул сарказм в его голосе. Но она не позволила себе отступить, так как отец ненавидел слабость.
— И чем ты тут занимаешься? — спросил наконец Уоррен.
— Плаваю. Учу роль к пьесе…
— Не ври мне, Стефани. Я наблюдал за тобой последние десять минут и не видел, чтобы ты хоть раз открыла сценарий. Зато заметил, что моя собственная дочь выставляет себя напоказ и целуется с каким-то босяком…
— Не смей так говорить о Майке! — закричала Стефани, прежде чем сообразила, что делает. К ее облегчению, казалось, отец даже не слышал ее.
— Что между вами? Ты спишь с ним?
— Конечно, нет.
Уоррен сделал глубокий вдох. Ясно, он ничего от нее не добьется, если будет кричать. Нужно сменить тактику, ослабить ее бдительность, чтобы добиться правды и принять необходимые меры.
— Хорошо, я поставлю вопрос по-другому, — произнес Уоррен. В его голосе появилось беспокойство. — Ты влюблена в этого парня? Мне нужно знать, Стефани, — добавил он, поскольку дочь молчала. — Понимаю, ты уже стала взрослой девушкой, но я же твой отец. Если у тебя есть какие-то чувства к этому человеку, я должен быть в курсе. Мне интересно, кто он, кто его родители, каковы его намерения.
Стефани чуть не упала в обморок от облегчения. Он не возражает!
— Да, — кивнула она, слова так и лились из нее, — Да! Я действительно люблю его. И он любит меня. Я хочу выйти за него замуж…
Прежде чем она успела закончить, дверь распахнулась, и Майк ворвался в кабинет. За ним вошел Дуглас, беспомощно подняв руки.
— Я не смог остановить его, мистер Фаррел.
— Какого черта ты тут делаешь? — взревел Уоррен, уставившись на Майка.
— С тобой все в порядке? — спросил Майк у Стефани.
— Да, Майк, но тебе не следовало приходить сюда…
— Она ничего не сделала, сэр, — обратился молодой человек к Уоррену. — Что бы вы там ни видели, не ругайте ее. Это все моя вина.