— Да, хорошо, что я сам пришел, а то были бы жертвы, — попытался пошутить принц. — Но твого присутствия потребовал отец. У него испросил срочную аудиенцию один очень высокий гость, и получил приглашение на завтрак с Императором.
Милаши выругалась и всё же встала с кровати. Она, бросая сердитые взгляды на гостя, прошла к углу, где на табуретке стоял приготовленный тазик для умывания, и плеснула воды на лицо. Вздохнула, потянулась к полотенцу и, смирившись, потребовала:
— Рассказывай всё что знаешь, — девушка бросила взгляд на небо за окном, прикидывая время. — Кто, по какому поводу и какую цель несет моё присутствие. И не поворачивайся пока.
Под краткий рассказ Хара Милаши быстро приводила себя в порядок. Она расплела убранные на ночь волосы, расчесала и прибрала их в прическу. Переоделась в один из рабочих костюмов, выбрав для разнообразия вещи одного нежно-голубого цвета. Согнала закончившего рассказ принца со стула и раскрасила лицо голубой и синей пудрой и потянулась к шкатулкам с побрякушками, когда постучали посыльные с кухни.
Сытный и вкусный завтрак, а особенно огромная кружка кофе и тарелочка со сладостями, улучшили настроение девушки, поэтому сборы заканчивались уже не под сопровождение ругани, а в сосредоточенном молчании. Так же в относительной тишине они и шли к Императорской трапезной, только когда уже стали слышны голоса приглашенных, Хар тихо прошептал «Мы на тебя рассчитываем». Девушка кивнула и, отстав на пол шага, зашла в зал.
В трапезной уже собрались почти все приглашенные, в основном близкие советники, министры и казначей, но новых лиц пока не было. Кое-кто из советников, свежих и выспавшихся, сочувственно кивнул шуту. В основном понимающие взгляды исходили от тех, чьи выросшие детки по полной насладились серией балов, тогда как их родители отстояли на большинстве приёмов. Им в ответ Милаши еле заметно улыбнулась, остальных окатила льдом, и словно куколка на полке, застыла на своём месте в полушаге за спинками стульев Императора и наследного принца. Настроение у собравшихся заметно испортилось, ведь если вызвали шута, то завтрак будет проходить при соблюдении всех положенных по этикету церемоний, а значит, надежды обсудить некоторые вопросы испарились.
Долго ждать не пришлось, после объявления придворного распорядителя в зал вошел Император и все, кроме Милаши, поприветствовали его. И сразу же вызвали виновника утренних мучений девушки.
— Его Светлость Тар Мёран испрашивает срочную аудиенцию.
— Пригласите, — протокольно кивнул Император, а собравшиеся заметно насторожились.
В дверях показался крепкий мужчина среднего роста, он уже давно был не молод, ему шла уже пятая дюжина лет, но возраст ещё не одолел его и просматривался в основном в седине, морщинах и начавшей оплывать фигуре. Эланей держался с королевским величием, но терзающие его волнения можно было легко угадать хотя бы по тому, что к Императору он пришел одетый по дорожному, по тому, что он крайне редко появлялся в столице и мало кто знал его в лицо. Тар мимоходом оценил собравшихся и бросил укоризненный взгляд на Императора. А Император чуть пожал плечами, мол, сам виноват, срочно, официально… и начался положенный по этикету обмен приветствиями, приглашение за стол и дальнейшие церемонные переговоры.
Милаши наблюдала за аккуратными расспросами, прощупыванием ситуации, отметила, что гость всё ближе к тому, чтобы раздраженно огрызнутся, но старательно сдерживается. Но вот Тар Мёран развернулся чтобы подозвать официанта, и Милаши смогла полностью увидеть вышитый на груди герб — скалы на закате. Девушка с удивлением отметила, что герб кажется ей знакомым, но она о нём ничего не знает, хоть и помнит наизусть все гербовые древа. Мелькнувшую мысль девушка отогнала и вернулась к наблюдениям. Ей отчаянно хотелось зевнуть, несмотря на ударное количество кофе, умывание холодной водой и активированный бодрящий амулет.
Все облегченно вздохнули, когда слуги начали потихоньку уносить чайные принадлежности, а Император пригласил Тара пройти в кабинет и кивком позвал за собой наследного принца и Милаши, предложив остальным сотрапезникам придти с докладами немного позже. Девушка обреченно вздохнула и скорчила оставшимся досадливую рожицу — настоящие переговоры только начинаются.