Яр продолжает названивать, пока я иду до кабинета главврача. У двери выключаю звук, чтобы не раздражал. Яру нужно свыкнуться с мыслью, что я уйду. Чем раньше он это поймет, тем легче ему будет.
— Нина Карловна, я к вам.
Заглядываю внутрь кабинета, нахожу ее как обычно восседающей на своем ортопедическом кресле, словно на троне. Спина ровная, взгляд цепкий, губы тонкие, всегда плотно сжатые. Никогда не поймешь, в каком она сегодня настроении.
— Антипова, опять со своими бумажками? Марьян, ну говорила тебе уже, нет бюджета на твои корейские прибамбасы.
Да смирилась я уже, что нет. И не дождусь.
— Я с бумажкой, — юркаю в кабинет, — Но с другой, — под пристальным взглядом подхожу к столу, кладу лист формата А4, скольжу им по гладкой поверхности дубового стола, пододвигая двумя пальцами ближе к ней, — Подпишите, пожалуйста.
Она даже в руки его не берет, смотрит свысока, бегло читая начирканные строки.
— Не подпишу, Антипова. Где я такого специалиста найду? Иди со своим заявлением… Работать дальше.
— Нина Карловна, я уже все решила. Я хочу уволиться.
— Марьяна! — она встает со своего места, упираясь подушечками пальцев на стол, — Ты с ума сошла? Куда я тебя отпущу? Это протест, что я не заказываю оборудование из Кореи? Да я бы с радостью, меня сверху душат… Ты думаешь, это так просто?
Она сейчас начнет манипулировать мной, просить остаться… Как Ярослав прям.
Только я все решила. Чего они куклу из меня безвольную делают? Я же не такая совсем. Да, долго думаю и долго принимаю решения. Но это не значит, что мне нечего сказать.
— Решение принято! — повышаю голос, — Нина Карловна, давайте по-хорошему расстанемся. Я же столько лет верно служила больнице, честно работала. И сейчас готова две недели отработать, пока вы замену мне ищете.
— Не получится по-хорошему, — кидает в сердцах, — Кидаешь нас. Вот и уходи.
Да. Это в ее духе, бросить такие едкие слова, не думая о том, что они могут задеть и причинить душевный дискомфорт. Я уважала всегда ее как врача, да и сейчас уважаю, но человек она скверный и тяжелый. Не знаю, как ее терпит муж, хотя вместе они очень давно. Лет сорок.
А мужики любят стерв, ищут себе в жены покладистую, а на самом деле хотят суку настоящую, чтобы кишки выворачивала и чтобы горело все, полыхало синим пламенем. И дело ведь не в постели… Дело в состоянии. Такая женщина делает даже из самого никчемного мужичонка настоящаго самца, а что может сделать из мужика кухарка и мать?
Слюнтяя.
Вот они ищут себе королев. Забывают о том, что такая королева с легкостью раздавит каблуком все его причиндалы. Даже не пожалеет.
— Надеюсь, вы подпишите.
Она больше ничего не говорит, просто садится обратно за стол, комкает мой листок и выкидывает в урну, демонстрируя всем видом, что она думает о моем увольнении.
Жаль, что по-доброму не получилось. Все равно ведь уйду.
Глава 8. Ярослав
Полина открывает дверь, а я мрачно смотрю на нее. Молча пропускает, а я чувствую себя чертовым побитым псом.
И хрен его знает, кто ударил.
— Яр…
— Я же просил тебя больше не писать, — чеканю не своим голосом, сбрасывая пиджак на спинку дивана.
Она стоит, поджав губы, и молчит. Взгляд в пол, и как-то уж слишком тихо себя ведет.
Засовываю руки в карманы, пронзая девушку взглядом.
Симпатичная. Есть в ней огонь. Не такой, как у моей жены.
Моя жена это стать, грациозная лань, можно сказать. Полина, это красивая девушка, которая отчаянно влюблена.
А я…я посередине этого пиздеца, не способный разорвать ни одно, ни второе. Можно считать меня слабовольным ублюдком, но на каждое действие есть противодействие, и последствия. Черт его знает, почему я сейчас варюсь в этом, обманывая обеих женщин.
— Ну давай, показывай, что там за десерт хотела показать? — вскидываю бровь, все еще глядя на Полину в коротких шелковых шортах и майке, сквозь которую торчат соски.
Она улыбается, но с печалью в глазах, потому что знает, большего она никогда не получит.
— Я никогда не сделаю того, что может навредить тебе, Ярик, - говорит она искренне: — Но, — мнется немного, пока я делаю шаг ближе к ней: — И ты пойми…я всегда одна. Мы никогда не просыпались вместе, не завтракали, рассказывая планы на день… Пара часов твоей подпитки в виде секса не насыщают меня даже до утра.
— Мы обсуждали…
— Да, да, я знаю, милый, — подходит ближе и гладит поверх рубашки: — Я стараюсь, Ярослав.