Следом она шлет серию фотографий своих сисек, задницы.
“Это был ахуенный секс, зай. Меня так сзади еще никто не ебал, только в следующий раз не забудь презервативы. Люблю тебя”.
На этом я заканчиваю пытку, усмехаюсь, отмечая, что слез нет. Нет ничего. Только пустота внутри. И то состояние, что преследовало меня весь день, еще больше накатывает и берет полностью власть надо мной.
Дергаю ручку ванной комнаты, которая с легкостью поддается. Яр стоит напротив зеркала в одном полотенце, плотно обтянутым вокруг его бедер, похлопывающими движениями наносит лосьон после бритья на скулы, от чего стоит стойкий запах мужского одеколона, который перемешивается с влажностью после душа.
— Марьяш, — улыбается мне. Тянется за поцелуем, оставляя легкое касание на губах, — Как прошел день?
Он даже не замечает, что я в руке держу его телефон. Большой палец случайно касается экрана, видео вновь воспроизводится, заполняя ванную стонами девушки и хлюпающими движениями ее вагины.
Поднимаю взгляд на мужа. Он смотрит прямо на меня.
— Скажешь, что это не то, о чем я думаю? — усмехаюсь.
— Нет, Марьяш. Не скажу.
Если вас заинтриговала история, поставьте, пожалуйста, ❤️
Можно еще и на авторов подписаться, но это все по желанию)))
История обещает быть очень эмоциональной и сложной!
Глава 2.
От спокойствия в его тоне невольно застываю.
Смотрю в глаза, а он похлопывает свой подбородок и скулы, а затем и вовсе отворачивается к шкафу над раковиной, и поставив лосьон обратно, закрывает дверцу.
В ожидании ответа наблюдаю за его обыденными действиями, но он и не думает продолжать диалог. А я чувствую терпкое разочарование, что медленно, но мощно придавливает меня к полу. Так, что не сдвинуться с места.
— Это все? — изумленно подаю голос, сжимая его телефон в своей руке.
Ощущение, что мозг не понимает какой сигнал надо включить, чтобы вызвать эмоцию, и потому я продолжаю просто стоять в оцепенении.
— Ну что ты хочешь, чтобы я сказал, Марьяна? — наконец, прислонившись к раковине, обращает на меня свое внимание.
Качаю головой с какой-то дурацкой усмешкой на лице. Я даже не могу понять, как себя вести сейчас.
Двадцать лет совместной жизни все таки не малый срок. И возможно, нет той пылкости и азарта, однако, я совершенно точно не ждала подобных финтов от него.
— Хочу, чтобы сказал правду, — парирую в ответ: — И надеюсь, после твоей измены у тебя нет мыслей, что все останется как есть…
Последнее я даже с долей иронии добавляю.
Это ведь абсурдно думать, что наша жизнь останется прежней.
Даже несмотря на то, что мне казалось, наш брак не имеет срока годности.
Лицо Ярослава меняется, и он теперь уже хмурится. Нет былой констатации факта, что молодая шлюха, с которой он развлекался, очевидно же, ждала его. Лощеного, пахнущего лосьоном и парфюмом, готового для своих сексуальных подвигов. А мы бы в это время, полагая, что он на встрече, ужинали с сыновьями, пока он там «успокаивает» эту девицу.
— О чем ты?! — наконец, подает голос Ярослав: — Никакого конца не будет, родная, — уверенно заявляет: — Этот исход, в целом, неизбежен, не так ли, Марьяна?
Хмуро всматриваюсь в него и прищуриваю глаза.
— Что ты хочешь этим сказать?! — скрещиваю руки на груди, переминаясь с носков на пятки.
Хочу услышать прямой и правдивый ответ. Даже не так, я готова требовать правду, как толику уважения к нашему союзу.
— Мы столько всего прошли, а я люблю тебя. Глупо будет… — спокойно излагает он будто я идиотка.
— Глупо?! — перебиваю с истеричным смешком: — Ярослав, ты предал нашу семью!
Я качаю головой, и хочу уже уйти из ванной, но Яр хватает меня за руку и прижимает к своему, еще влажному, телу.
— Малыш, — он поглаживает ладонью мои волосы, и я чувствую его глубокий вдох в районе макушки: — Ты моя судьба, — шепчет он, сковывая в своих объятиях.
А мне в одночасье становится тошно. Словно сейчас его рука сжимает горло, не давая кислорода. При всем при том, эта рука по локоть в грязи.
Стойкое ощущение мерзости, как будто ты зашел в дом человека, который не отличается чистоплотностью. Как физической, так и моральной.