По факту случилось иначе.
Мое первое дело по трудовому спору я проиграла. Мужу. Он представлял вторую сторону. Именно тогда я поняла, что прения в суде – не мое. Стеснение и зажатость – худшие качества адвоката, а я наделена ими обоими.
Так что… с того момента слетел наивный оптимизм, рисовавший из меня крутую бизнес-леди, но я обрела любовь в лице Володи Свиридова.
Через полгода после знакомства мы поженились. Через год родился Лешка, а через три – София.
Магистратуру я закончила, будучи в декрете, а когда дети подросли, стала помощницей мужа в его адвокатской конторе. Теперь готовлю для него необходимые документы, иски, жалобы, подбираю юридическую практику, запрашиваю доказательства и даже выстраиваю линию защиты. Все это закулисье, а настоящее представление разворачивается в суде, где Вова блестяще выстраивает свою речь.
Занимаю место мужа перед зеркалом и придирчиво осматриваю себя.
М-да…
Заправив короткие волосы за уши, прикладываю ладони к щекам и натягиваю кожу, словно пытаюсь разгладить пусть и неглубокие, но заметные морщинки.
А что я хотела? Сорок три… До ягодки еще пару лет, от молодой уже далека.
— Сегодня до обеда можешь в офис не спешить, — вытягивая манжеты рубашки из-под рукавов пиджака, Володя застегивает серебряные украшения вместо пуговиц, — Лучше проработай новое дело по Салихову. Тебе на почту должны документы отправить.
— Как удобно быть женой шефа, — улыбаюсь вздыхая.
Хорошего мало, если честно. Все, что не хотят делать другие – валится на меня. Отказать не получается. Выполнить абы как – тоже. И платят самый минимум. Вечная экономия.
Володя цепляет коричневый кожаный портфель с пуфика и, проходя мимо, шлепает меня им по пятой точке.
— Сделаешь все, что у тебя забито в органайзере, и обещаю тебе в выходные праздник.
— Звучит интересно, — за дежурной улыбкой прячу желание закатить глаза.
Очередная сказка. Про Золушку. Радует, что хотя бы принц у меня настоящий и любимый.
— Пожелай мне удачи. Сегодня процесс у Панова. Терпеть не могу этого судью. Вечно лезет туда, куда сторонам не надо, — ворчит муж, рассматривая перед зеркалом в прихожей свои гладковыбритые щеки, — Прошлое дело просрал из-за него. До этого два развалились к чертовой матери…
— Я помню, Вов.
— Все помнят, — раздражается, превращаясь в привычного брюзгу.
— Ты просто не любишь проигрывать, — вкладывая всю нежность и поддержку, смахиваю невидимые пылинки с плеч мужа. — Это его работа.
— Все судьи спокойно разбирают дела в рамках заявленных доказательств, а Панову всегда надо залезть глубже, — выдыхает, успокаиваясь. Проверяет что-то в мобильном телефоне. — Ладно. Я поехал. Увидимся вечером.
— А на обед…
Не успеваю закончить, как муж прерывает, открывая входную дверь:
— У меня еще встречи с клиентами. Все. Ушел, Ксю.
Торопливый поцелуй в висок и… щелчок замка.
Глава 2
Пару секунд смотрю перед собой. Зависаю в пустоте. Никаких мыслей, эмоций, идей, планов. Тишина в трехкомнатной квартире обволакивает и не давит.
Не так, как раньше, во всяком случае.
Год назад мне казалось, что сойду с ума от одиночества. Мучилась вопросом, как можно рядом с любимым человеком ощущать такую дыру в сердце? Мы вместе, но как из параллельных Галактик. Общались редко. Ссорились, отчего предпочитали отсиживаться в разных комнатах, где часто засыпали по отдельности. На работе летели только указания сухим деловым тоном. Лишь дети вносили в нашу жизнь искру радости. Действовали как пластилин, клей, скотч… Латали прорехи, вдыхая новые эмоции.
Я много раз жалела, что мы отправили сына учиться в Лондон. Именно с его отъезда все стало рушиться. А сразу после школы и София сбежала в общагу, заявив о самостоятельности.
Придумала тоже. Деньги-то регулярно просит. Глупенькая еще, конечно. Но останавливать мы с Володей не стали. Нельзя бить по рукам, даже если очень хочется поступить по-родительски.
На все мои жалобы мама говорила, что это временно. Любые изменения в жизни требуют “усадки”, как новый дом.
Слава Богу, все наладилось.
Не сказать, что у нас со Свиридовым второй медовый месяц, но спим вместе, общаемся. А секс – не главное в жизни, что бы ни говорили всякие там новомодные психологи.
Передернув плечами, застываю на пороге гостиной. Обвожу взглядом привычный строгий интерьер.