Усмехнувшись, Свиридов отлипает от стены, на которую привалился, ожидая ухода дочки. Окинув меня оценивающим взглядом, проплывает мимо, направляясь в спальню.
— Себе постели, Ксю. Если решишься на развод, хозяйкой этой квартиры ты не станешь.
— Доброй ночи…
Хотела бы я вообще с ним не разговаривать, но сложно перестроиться.
Черт, а паук все же побаливает…
… Просыпаюсь от прикосновения. Разлепив веки, упираюсь взглядом в дочь. Сидит на краю дивана, приподняв постельное белье.
— Который час? — сиплю спросонья и подтягиваюсь вверх, принимая сидячее положение.
— Десять. Папа уже ушел. Даже кофе не выпил.
Камень в мой огород.
— Почему ты не в университете? — пытаюсь проморгать песок в глазах.
— Хотела с тобой поговорить.
— До вечера это не могло подождать, София?
— Ты решила бросить нас, а я должна спешить в универ и делать вид, что ничего не случилось? — повышает голос, энергично жестикулируя, — Мам, ты реально не догоняешь?
— Следи за речью.
— Не переводи тему. Что, другого нашла?
Осуждает. По глазам вижу. Что ж папе своему не устроила допрос с пристрастием?
— Не говори ерунды.
— Тогда в чем дело, мам?! Можешь объяснить? — пытливо буравит меня щенячьим взглядом, дергая манжет кофты.
Ох, что сказать-то, ребенок мой родной?
— София, твой папа меня разлюбил, — думать и озвучить данный факт не одно и то же. Болезненный укол достигает цели, но я держу эмоции под контролем. — Такое бывает.
— Тебе что шестнадцать лет? Мам, миллионы живут без любви, и все прекрасно, — без труда читаю дочь. В ней сейчас негодования и осуждения больше, чем соли в море. — Понятно же, что с годами чувства уходят. Остается привязанность. Папа не бухарик, не гуляка. Ты как старуха из сказки “О рыбаке и рыбке”. Чем больше тебе дается, тем больше ты хочешь! Так ведут себя эгоисты!
— София! — предостерегаю от продолжения оскорблений.
Совсем забылся ребенок. Если Лешке влетало и по заднице получал регулярно, то малышку никто ни разу пальцем не трогал. Баловали.
— А знаешь, — подскакивает, сжимая кулачки, — Ты сама во всем виновата. Посмотри, на кого похожа? У нас преподша по ТГП старше тебя в два раза, а выглядит в сто крат лучше! Думаешь, папе не хочется нежности, тепла и красивую женщину рядом? А ты только в своих книжках сидишь! Уйдешь от нас — никогда мне не звони!
Закрыв глаза, принимаю все обвинения.
Дожила, Оксана.
Входная дверь бахает со всей дури. Ушла. Моя маленькая бусинка просто сбежала, окатив ненавистью.
Вновь мир теряет краски, становясь черно-белым. Серым и унылым. Подо мной рушится основание, которое считала титановым. Все, что строилось годами, превращается в ничто, отрезая от меня по кусочку, за каждый день семейной жизни.
Надо было сказать Софии правду, но вправе ли я разрушать ее мир, уничтожить образ идеального отца, лишь для того, чтобы смягчить свои беды? Пусть Свиридов сам объясняется, так честнее.
… Не знаю, чем себя занять. Работы нет. Семьи тоже. Надеюсь, что дочь перебесится, поймет и вернется ко мне. Остается Лешик. Лучик тепла, который далеко-далеко, но греет сильнее летнего солнца.
Собираю стирку. Вчерашняя одежда после посиделок на траве в плачевном состоянии. Встряхиваю водолазку, следом закидывая в барабан машинки, проверяю карманы брюк, откуда вытаскиваю смятый листок с адресом отеля и номером телефона красотки, разрушившей нестабильную ячейку общества Свиридовых. Выкидываю в мусорное ведро, с силой хлопнув дверцей кухонного гарнитура.
Попутно дополняю массу белья мелочевкой, засыпаю порошок, лью кондиционер и включаю режим деликатной стирки.
Интересно, Володя писал Юлианне? А что она ему ответила? Скорее всего, сказала, что встречалась со мной, раз он вчера обвинил меня во всех неудачах.
Без дела, я, конечно, с ума сойду. Может, стоит согласиться на работу, предложенную Аркадием? Нет. Он ждет конкретики, и на данный момент это представление интересов в арбитраже, чего я не потяну. А может, рвануть все же в юридическую консультацию?
Менять жизнь сложно, особенно в одночасье, без подготовки.
Подхожу к зеркалу и смотрю на отражение.
Начни с себя, Оксана. Юлианна права, надо меняться. Вытянув губы, задумываюсь на секунду и быстро иду в кухню. Достаю их помойки выброшенный листок и звоню.
Почему нет?
По крайней мере, она мне не врала.
Что будем делать, мои дорогие? Влияют ли дети на нашу собственную жизнь?