— На рыбалку пора, Оксана Геннадьевна.
Плетусь позади Игоря, залипнув на покачивании удочек за его спиной. В чаще стелется туман. Легкий, похожий на сбежавшее облако. А новые солнечные лучи, как небесные стражи, пробираются сквозь крону, в надежде вернуть беглеца обратно. Под ногами хрустят тонкие опавшие веточки, и на этот звук отзываются пугливые птицы.
Боже, какая красота и благодать…
— Шире шаг, соня, — бдит за мной, — Скоро будем на месте.
— Что нам мешало порыбачить около дома?
— Жажда приключений.
— Чья?
— Твоя, конечно.
— И откуда ты свалился на мою голову? — наигранно возмущаюсь.
— Понятно же, откуда – ты сбила мой мотоцикл.
Прыскаю смехом и ловлю эхо. Лес словно пробуждается от спячки. Повторяет звук, мягко, но настойчиво, отражаясь от стволов, катясь между ветвями, возвращаясь ко мне снова и снова. Будто сама природа рада мне, как болтливая тетка, что встречает родственника, соизволившего приехать спустя много лет.
Потрясающе!
Устраиваюсь на низеньком раскладном стульчике, похожем на кресло. Игорь устанавливает мне удочку, самостоятельно зацепив хлебный шарик на крючок.
— Следи за поплавком. Начнет дергаться, и по воде пойдут круги – тащи. Но осторожно, а то добыча сорвется.
Вместо рыбалки наблюдаю, как Игорь умело раскручивает катушку, управляется с блесной, леской, и что там еще есть. Расслаблен, спокоен, уверен в себе. Ветерок треплет на нем футболку, а солнышко копошится в волосах, покрывая золотом кончики. От каждого действия мышцы сильного тела напрягаются, перекатываются, и татуировки приходят в движение.
Поелозив, чуть спускаюсь, занимаю более удобное положение. Прилобуниваюсь головой к спинке, подложив под щеку ладошку.
Размахнувшись, Игорь закидывает удочку и поворачивается ко мне. Попадаем в зрительную ловушку. Просто смотрим друг на друга. Без слов. Темный янтарь, глубокий, с теплыми медовыми переливами, бликует, будто в них спрятан закат, который я никогда не видела, но всегда мечтала увидеть. Пронизывающий, почти осязаемый взгляд, касается сокрытых незащищенных мест, и я чувствую, как внутри всё сжимается от сладкой тревоги. Чуть смещаю фокус к губам... Мягкие, наверное. Или твердые? Обвожу четкий контур, боковым зрением отмечая дернувшийся кадык на широкой шее.
— Оксана…
Поднимаю глаза, отзываясь на нежность в голосе, и обжигаюсь желанием, что плещется во взгляде Игоря.
— Прости, задумалась, — резко отворачиваюсь к озеру, испугавшись происходящего.
Сердце разгоняется, напоминая барабанную дробь, неудержимую, беспокойную. В животе кружат стаи маленьких колибри, щекоча изнутри маленькими крыльями. От шеи к лицу ползет краска, чувствую каждый миллиметр кипятка под кожей.
К такому повороту я не готова.
— Трусиха, — с улыбкой продолжает изучать меня Игорь.
Называй как хочешь, только не смотри так.
...В какой момент я провалилась в гости к Морфеусу — загадка. Секунду назад пялилась на поплавок и вдруг… просыпаюсь, укрытая пледом. Рядом со мной стоит ведро с водой, где плещется рыба, а вот Игоря в поле зрения нет.
Тяну носом, почувствовав запах костра и бульона. Желудок тут же просыпается рычанием. Приподнявшись, разворачиваюсь и нахожу пропажу у котелка.
Настоящего котелка, висящего на деревянной палке над огнем!
— Ну ты и ведьма, Оксан, — не может он без шуток, — Всю рыбу во сне выловила, а мне лишь маленький карасик достался. Чем я теперь перед мужиками хвастаться буду?
Обняв себя, напряженно потягиваюсь и зеваю. Бодрюсь, прилизывая бардак на голове.
— Тем, что ведьму видел, — нахожусь с ответом.
Взяв с пенька деревянную ложку, Игорь зачерпывает варево и подув, подносит к губам. Отслеживаю траекторию движения пищи от начала до конца. Кажется, даже вкус чувствую на языке.
— Имей совесть, я ж подавлюсь! — опять подкалывает.
— А ты не жадничай.
— Завтра тебе кашу из топора сварю, — смеется.
— На этот фокус я не куплюсь.
Забираю деревянную ложку и пробую уху сама.
Бо-о-оже… Объедение! Вкус сливочный, приправ в меру. Легкий флер костра и идеальное жжение от перца на языке. Никакого запаха или намека на тину.
В этом мужчине вообще есть недостатки, а?
— Ну и? — смотрит на меня, склонив голову к левому плечу.
— Не понимаю, о чем ты, — зачерпываю побольше и продолжаю наслаждаться едой.
— Тебе в чашку налить или из котелка предпочитаешь?
— Себе налей. Моя тара передо мной.
— Ты – чудо, Оксан…
И смеется, распугивая птиц с соседних деревьев.
Что я такого сказала?
Пока едим, Игорь болтает без умолку. Делится историями из прошлого. Учит ориентироваться на местности. Уточняет, что в озере нет крупной рыбы. Иногда его друг, хозяин лесных владений, запускает карпа, но все вылавливают жители соседних деревень.