Меня трясет, будто в квартире не плюс двадцать пять градусов, а минус. Пальцы леденеют.
А слез больше нет.
Только истеричные всхлипы.
Широкие острые лопасти адского винта разгоняют невыносимую обиду, страх, тоску и боль внутри, заставляя растирать грудь, чтобы дышать. Втянуть кислород хоть один раз.
Юлианна Валерьевна: “Разве можно так о любимой женщине? Позор, Владимир Николаевич”.
Владимир Свиридов: “О любимой нельзя, но это ко мне не применимо”.
Юлианна Валерьевна: “На грани развода?”
Владимир Свиридов:” Уже лет десять. Жили вместе из-за детей, но они выросли. А еще мне жаль ее. Все же много лет вместе”.
Юлианна Валерьевна: “Жаль, потому что ей такой кобель, как ты, достался?”... смеющийся смайл.
Владимир Свиридов: “А ты дерзкая девочка с острым язычком”.
Юлианна Валерьевна: “ А еще красивыми ногами, идеальной фигурой и желанием страстного секса. Постоянно. Представляешь?”
Владимир Свиридов: “Ты меня дразнишь?”
Юлианна Валерьевна: “Получается?”
Владимир Свиридов: “Маленькая провокаторша”.
Бегаю по словам, не узнавая мужа. В каждом сообщении мягкость, осторожность, бережность.
Не ко мне. К Юлианне.
Она провоцирует, а он поддается. Она режет правдой, доходя до оскорблений, а он отступает и… позволяет ей самоутвердиться за его счет.
Меня бы давно благоверный с грязью смешал. За любой промах отчитывает, как школьницу, указывая на недостатки. “Мозгов не хватает”, “чушь несешь” и тому подобное”. А стоит заговорить о чувствах, то на все один ответ:
— Ты в пубертате застряла, Ксю? Прекращай доставать. Хочешь романтики – посмотри сериалы.
С ней он другой. Сам просит о нежности, открывается, сидит до полуночи в их чате. Живет в нем, судя по времени переписок.
Осилив два месяца ежедневных милых сообщений, обильно приправленных чувствами Свиридова, делаю перерыв. Каждая фраза Володи звучит в голове, копируя интонации и тембр его голоса.
Это ужасно.
Как страшный сон…
Дурной сон…
Жестокий сон, каждой фразой наносящий мне удары тупым кинжалом в спину.
Есть лишь маленькая светлая искра, что усиленно греет мне душу — муж не спал с этой девочкой. Не изменял мне. Да, писал комплименты, намекал на симпатию… но не занимался сексом.
Мужчинам иногда надо почувствовать себя самцами, вот он и загулял на виртуальных просторах. Ничего больше.
Да куда уж больше-то?!
Сделав пару прокруток уже понятного текста, спотыкаюсь об очередное сообщение Вовы.
Мои дорогие, какие мысли? Может, правда, ерунда это... переписки?
Глава 5
Двадцать пятое мая. Три часа ночи.
Владимир Свиридов:
“Я без тебя не жил. Существовал, быть может.
И сердце целый век любовью не тревожит.
Поток случайных встреч, эмоций ни на грош,
В желании тепла лишь груз проблем везешь.
Не верил в чудеса и гнал к чертям мечты,
И вот попал в силки. Капкан! И это ты.
Улыбкой неземной и карими глазами
Мне будоражишь кровь бессонными ночами.
Я все готов отдать за радость нашей встречи,
Чтобы в ладонях сжать твой стан, лицо и плечи.
Ради тебя, малыш, я этот мир разрушу,
Красавица моя, ты взорвала мне душу.”
Владимир Свиридов:” Когда проснешься, то будешь знать, что я думаю о тебе каждую минуту. С добрым утром, плохая девочка”.
Перечитываю стихотворение и… не верю.
Это смешно, правда.
Поэзия и мой муж? Нет. Никогда.
Бред!
Набираю в поисковике первые строки…
Ничего.
Он не скопировал его. Сам написал. Ей.
Силюсь вспомнить, было ли у нас подобное и…
Господи, почему?! За что?!
Что я делала не так?
Открываю фото Юлианны и снова смотрю. Ищу в ней черты своей молодости, но мы разные. Совсем. Она яркая, эффектная, уверенная в себе. На точеном лице ни одного изъяна. Натуральная… Брови не нарисованные, ресницы длинные от природы…
Юлианна Валерьевна:” Милый стишок. Кому-то не спалось? С добрым утром, Владимир Николаевич”.
Владимир Свиридов: “ Мучился бессонницей. Нестерпимо тянуло к тебе. Мечтал, как заберусь под одеяло рядом с тобой. Прижмусь к горячей коже, потрогаю всю. А утром разбужу язычком, вылизывая сок между твоих ножек”.
Между ключицами стягивается узлом металлический канат. До тошноты. Цепляет тонкими, острыми проволоками нутро, перекрывая ток крови. Ранит.
Тяжело.
Плохо.
Больно...
Какая же ты сволочь, Володя!
Владимир Свиридов:” Солнышко мое, я перегнул палку? Не молчи. Если тебе неприятно читать подобное, то я больше не буду писать”.