Я заметила, как в её глазах робко вспыхнула надежда – крошечный огонёк в омуте обиды. Мои слова, несомненно, задели её за живое, попали точно в цель. Естественно, если бы ей было всё равно, она бы не припёрлась сюда.
– Так что немного терпения, Кристина, и, возможно, будет тебе счастье! – бросила я напоследок и, гордо расправив плечи, прошествовала мимо неё.
Меня буквально разрывало на части от злости и негодования. Я быстрым шагом направилась к своей машине и, запрыгнув внутрь, слишком сильно захлопнула дверцу. Меня трясло, нервная дрожь пробивала от макушки до пяток.
Слишком много всего навалилось в последнее время. Непомерно много лжи и обмана. Нужно было срочно выпустить пар иначе я просто взорвусь.
Я завела двигатель и, резко нажав на газ, выехала со двора. Проехав несколько многоэтажек, я свернула к обочине и затормозила. И тут меня прорвало.
Всё, что сдерживалось до этого, выплеснулось наружу с утроенной силой. Я закрыла лицо руками и рассмеялась во весь голос. Наверное, стоило бы плакать, но я не могла сдержать смех, думая обо всей этой абсурдной ситуации. О том, какой я была глупой и слепой.
Тело просто сотрясалось от неконтролируемой истерики, и я никак не могла остановиться.
Все слова Кристины, как острые осколки, врезались в память, причиняя невыносимую боль. Девицы… скандалы… дети… алименты… Неужели всё это правда? Неужели Матвей настолько низко пал? Как я могла так ошибаться в нём?
В голове крутились обрывки воспоминаний: его улыбка, нежные прикосновения, слова любви… Неужели всё это было лишь маской? И что скрывалось за ней?
Я ударила несколько раз ладонями по рулю, выкрикивая проклятия в пустоту. Злость, обида, разочарование, боль – всё смешалось в один огромный комок, обрушиваясь на меня с новой силой, разрывающий на части. Я чувствовала себя преданной, обманутой, униженной. Всё оказалось гораздо хуже, чем я могла себе представить. И от этого хотелось просто выть.
Постепенно эти жуткие, безумные хихиканья стихли, переходя в тихие, болезненные всхлипы. Но я тут же яростно вытерла выступившие слёзы и посмотрела в зеркало заднего вида. Там на меня смотрела испуганная, растерянная женщина с красными, опухшими глазами. Кто это? И где та счастливая и уверенная в себе Рита, которой я была, казалось, совсем недавно? Так, хватит! Хватит ныть и жалеть себя! Пришло время действовать, а не тонуть в жалости. Я не могла больше держать в себе это пламя ярости, мне отчаянно требовалось выплеснуть его, испепелить виновника этого кошмара.
Я нажала на газ и сорвалась с места, словно выпущенная из тетивы стрела, одержимая лишь одной мыслью: добраться до Матвея как можно скорее. Сейчас он заплатит сполна! За всю наглую ложь, за подлое предательство, за невыносимую боль, которую он мне причинил. Я выбью из него всю правду до последнего слова, даже если придётся разнести к чёртовой матери весь его проклятый офис.
Подлетев к офисному зданию, я с визгом затормозила, едва не врезавшись в бордюр, и, выскочив из машины, решительно направилась к входу. Внутри меня бушевал ураган, сметая на своём пути остатки здравого смысла. Поднявшись на нужный этаж, я быстрым, почти бегом, направилась к кабинету Матвея.
Место секретарши, как и ожидалось, оказалось пу́сто. Впрочем, я и не собиралась предупреждать его о своём внезапном визите. Резко распахнув дверь, я ворвалась в кабинет и обнаружила Матвея, вальяжно развалившегося в своём кресле и что-то увлечённо обсуждающего с каким-то незнакомым мужчиной. Увидев меня, он резко замолчал и удивлённо нахмурился.
– Рита? Что ты здесь делаешь? – спросил Матвей. В его голосе сквозило неприкрытое изумление, граничащее с паникой. В глазах читалось недоумение, смешанное с тревогой.
– Что я здесь делаю? – с ледяной издевкой повторила я его слова, ощущая, как гнев клокочет внутри, готовый вырваться наружу. Но, собрав всю свою волю в кулак, я попыталась взять себя в руки, решив не устраивать сцен при посторонних.
– Мне нужно срочно с тобой поговорить, – отрезала я, стараясь сохранять видимость спокойствия, и повернулась к застывшему мужчине, сидевшему напротив Матвея. – Будьте добры, оставьте нас наедине. Это личный разговор.
Тот, явно застигнутый врасплох, немного помешкал, бросая вопросительный взгляд на Матвея. Однако, не дождавшись от того распоряжений, наконец кивнул и, поднявшись, поспешно вышел из кабинета. Как только дверь закрылась, я упёрлась руками в стол и внимательно посмотрела на Матвея.