Эрика не смогла сдержать слез.
— Как вспомню, то Марсель обратится ко мне за советом, то Гвен. Это было так давно, но кажется, что с тех пор прошло совсем немного времени. Я не могу выразить словами, насколько я сейчас переполнена радостью. Когда я вижу ваши счастливые и влюбленные лица, я чувствую себя как мама, словно вы мои дети. Но с другой стороны, иногда ваша сентиментальность меня раздражает.
По залу прокатился смех, а Гвен состроила обиженное личико.
— Я так благодарна судьбе за то, что у меня есть такие замечательные друзья. За то, что вы нашли друг друга и уже много лет вместе.
Эрика передала микрофон ведущему и поспешила к своим друзьям. Гвен была одета в пышное свадебное платье, которое изящно подчеркивало ее фигуру. Она всегда была склонна к полноте, и ей пришлось приложить немало усилий, чтобы подготовиться к свадьбе. Однако ее лицо осталось прежним. И несмотря на макияж, который иногда мог сделать ее похожей на стервозную даму, о чем Эрика часто говорила подруге, она выглядела просто великолепно, с улыбкой глядя в будущее. Эрика крепко обняла Гвен, а за ней последовал Марсель.
— Эрика, давай выйдем на улицу, — сказал Марсель, подойдя к подруге в конце свадьбы и потянув ее к террасе. Гости почти разошлись, лишь несколько человек остались, но их внимание переключилось на Гвен. Они сели в беседке, и Эрика заметила, что Марсель выглядит напряженно. Он никогда не скрывал своих эмоций, кроме как на работе, и был очень открытым человеком, поэтому редко испытывал беспокойство в нерабочие дни.
— Говори, как есть. Не мучай себя.
— Эрика, прости меня, — его слова, полные раскаяния, заставили её сердце биться с удвоенной силой. Ей стало страшно от того, что он собирался сказать. — Я продал свою долю в кафе.
Некоторое время она пыталась осознать услышанное, но когда до неё наконец дошёл смысл его слов, она резко поднялась с места.
— Что ты сделал?
— Прости. Я это сделал тебе на благо.
— Какое благо? Какой-то левый человек придет в МОЕ кафе и начнет качать права. Зачем ты так сделал? Ты стал играть?
— Что? Не гони!
— Тогда зачем тебе понадобилось продавать кафе, если только ты не погряз в долгах? Все же было хорошо. Если так, то ты мог сказать мне. Я бы выкупила часть. Или это из-за работы?
— Нет. Все же было оформлено на Гвен.
— Тогда почему?
— Эрика, поработай с новым человеком. Если все будет плохо, то у тебя есть месяц, чтобы вернуть все.
— В смысле?
— Я продал свою часть с условием, что если тебя что-то не устроит, то через месяц мою долю вернут.
— Какие глупости. Возвращай сейчас. Не нужно ждать месяц.
— Что вы так кричите? — спросила Гвен, подходя к ним. Она уже сняла фату и собрала волосы в простой хвост, а её платье было уже не таким белым, как утром. Подняв полы, она показала банные шлепки вместо туфель.
— Гвен! Он продал свою часть! — с обвинением в голосе воскликнула Эрика.
— Ты уже рассказал ей?
— Что? Гвен? Ты тоже?
— Успокойся, Эрика. Все хорошо. Ты же знаешь, мы тебя в плохие руки не отдадим.
— О чем ты?
— Завтра в кафе придет твой новый компаньон. Будь готова. И еще раз прошу, успокойся.
— Какие вы сегодня странные, — обижено бросила Эрика, — Я ухожу. Вы мне все настроение испортили.
— Сразу позвони нам, как познакомишься с новым партнером!
Эрика провела бессонную ночь, ворочаясь в постели, и приехала в кафе рано утром. Её не оставляло в покое любопытство: кто же купил часть Марселя? Раз они были так спокойны, то это, вероятно, был кто-то из их знакомых. Но из всех знакомых Эрика не хотела бы работать ни с кем — это был бы хаос.
К этому времени уже подошли сотрудники кафе, и первые посетители заглянули за булочками и кофе. Рабочий день начался, и вскоре всё вошло в привычное русло. В этот день покупателей было так много, что Эрика даже не успевала нормально пообедать.