Попытки истребить монстров и заселить полосу, придвинуться ближе к драконьим горам, быстро прекратились. Драконы рассматривали полосу, как свои охотничьи угодья, поэтому просто жрали всех, кто пробовал там поселиться, сжигая здания и все остальное. Попытки сопротивляться драконам приводили к тому, что просто прилетала парочка драконов 500+ уровня и попытки сопротивления прекращались.
Безумцы, словившие Проклятия, Повелители Монстров и прочие Короли Демонов регулярно отправлялись в драконьи горы, и становились там такой же закуской для драконов, как и все прочие. Сами драконы селились на вершинах гор, ведь, как известно, чем ближе к богам, тем тоже плотнее становилась мана. Иначе, не так как с демонами Бездны, но все равно — опасно для неподготовленных живых. Поэтому химеры, укрощенные монстры и летающие корабли обычно не забирались выше 5000 футов, хотя над этим вопросом — защиты от вредного воздействия маны — тоже работали исследователи-маги.
Горы их были выше, чем Бирюзовый Хребет и при этом, в них было больше подземелий и источников. Драконы, в отличие от остальных живых, не регулировали их, не ограничивали, не ставили поверх города и не «доили», выкачивая ресурсы. Нет, они позволяли монстрам плодиться и размножаться, чтобы потом жрать их и самим повышать уровни. Пускай новорожденные драконы и появлялись на свет сразу с 100-м уровнем и Особенностью (как правило Магической Чешуей), но это не означало, что они и дальше будут без каких-либо усилий расти в уровнях.
Поэтому драконы создали себе удобную для них территорию.
То, что окрестным живым это не слишком понравилось, драконам было плевать, ведь они признавали только силу и мощь. Постепенно все поняли, что не надо трогать драконов и тогда они не тронут тебя, и установилось равновесие. Земли между Стордором и драконьими горами заняли тролли, великаны и люди, желающие «жить свободно», не подчиняясь никому.
— Я однажды увидел дракона, — мечтательно произнес Тирон в пространство, — и все, теперь жить не могу без неба и полетов. Однажды я пролечу на драконе, вот увидите!
«Однажды я покорю подземелье, вот увидишь!» отдалось эхо воспоминаний в Бране. Мечты о чем-то невозможном и неосуществимом — не они ли всегда вели за собой героев, тех, кто сумел превзойти других в уровнях? Кто рвался к вершине, ломая руки и ноги, но не сдавался, выгрызал победу, вырывал ее из окровавленных лап монстров?
— Вообще-то с ними можно договориться, — не удержался Бран, — в том числе и о полете.
— Да?! — Тирон повернулся стремительно, сдавил ногами шею альдора и тот начал заваливаться набок, решив, что поступила новая команда.
Тирон поспешно выровнял химеру, снова повернулся, глядя на Брана со смесью надежды и неверия.
— Да, — ответил Бран. — Надо всего лишь доказать, что ты равен ему и тогда дракон согласится выслушать тебя. Не выполнить просьбу, просто выслушать, но согласись — уже немало?
— Да!! Я…, я…, - Тирон отвернулся, но все равно ощущалось, как его грудь раздувается от восторга, а щеки от набегающего ветра.
Кажется, мимо даже пролетело несколько капель слюны. Становилось немного понятнее, чего он равнодушно взирал на прелести Ираниэль. Вот если бы та была покрыты перьями, да топорщила крылья, в общем, относилась к авианам, тогда да. С детьми у них ничего не вышло бы, но это не мешало бы им любить друг друга.
В груди кольнуло, Бран отогнал видение обгорающей Вольты Пересмешницы.
— Вы говорили с драконом? — с каким-то странным выражением лица спросила его Ираниэль.
— Выяснял, можно ли будет с ними договориться и поторговать, — отмахнулся Бран, — маленькие вещи — большая прибыль. Но не сработало.
В свое время, странствуя по драконьим горам, Бран многократно стоял на волосок от смерти. Плотная «демоническая» мана, монстры, драконы, но он все же сумел, прошел, добрался до Алмазной Библиотеки. Полученная там Особенность спасла его на обратном пути, не дала омонстреть, когда он свалился в огромную трещину, ведущую чуть ли не в Бездну.
— То есть вживую вы с ними не сталкивались? — зачем-то допытывалась эльфийка.
— Видел издалека.
И общался в Библиотеке, а также убил троих, в свое время, но об этом так никто и не узнал, даже сами драконы. Да, они не признавали никаких «честных поединков» — есть поединок, кто победил, тот и прав, и вроде бы Бран, по букве этого положения, был чист, раз сумел. Но при этом новые драконы рождались редко, каждая жизнь была на счету, а Бран победил подростков-драконов, да и тех, признаться честно еле-еле одолел, хитростью и обманом каждый раз.