Официальный тон и речи у Джерарда тоже выходили фальшиво, хотя он и пытался, изо всех сил пытался подражать своему отцу.
— Довольно наши соседи богатели и жирели, пользуясь доброй волей и миролюбием Стордора! Теперь они будут кормить нас, а не мы их! Пришло время им склониться перед величием нашего королевства!
Опять вихрь одобрения, а Брану окончательно стала ясна подоплека слухов о том, что нелюди во всем виноваты. Подготовка к походу на соседей, отвлечение от внутренних проблем, по старинным, проверенным рецептам. Бран ждал, что король, явно красуясь перед лизоблюдами, подхалимами и красотками в кабинете, еще чего-нибудь скажет про агрессивные подземелья, но Джерард решил еще и похвастаться своим милосердием.
— Но так как я уважаю память своего отца, то этих троих — за неповиновение — заточить в темницу, вместо немедленной смертной казни. Граф.
Возгласы, как велик и благороден король, просто оглушали. Стража, повинуясь знакам Хорторна, вступила в действие, надела на Брана и Марену кандалы, высасывающие ману. Марене тоже воткнули магический кляп, так как она ругалась, лягалась и выкрикивала оскорбления в адрес короля. Джерард то ли не слышал, то ли решил, что не стоит портить жест благородства немедленной его отменой, но Марену просто заткнули.
Так как Бран молчал и не сопротивлялся, то ему просто нацепили кандалы, грубо пихнули пяткой копья в спину.
— Топай давай, да поживее, — прозвучало сзади.
Хорторн не стал подходить и злорадствовать насчет грамоты неподсудности, но можно было не сомневаться, что на этом данная история не закончится. Зачем-то же он затеял всю эту, состряпанную на коленке, комбинацию с завещанием, обвинением Касселя и отъемом денег? Король Джерард тоже произвел на Брана не самое лучшее впечатление, но раз уж он сменил казнь на заточение, Бран не стал затевать драку.
Да и бежать из темницы легче, чем из тронного зала.
Их, в кандалах, под злорадными взглядами людей из приемной, под громкие возгласы, что так и надо этим выскочкам, повели дальше. Выкрики о справедливости, благородстве короля, восхищение его быстрым и верным правосудием еще доносились какое-то время в спину. Альф молчал, подавленный, уже сдавшийся, похоже, а Марена сверкала глазами, пыталась что-то сказать, пару разу даже попробовала лягнуть стражей. Бесполезно, конечно, лишь получила еще ударов в спину.
— Явно они все в сговоре были, — сказал один стражник другому.
— Разговорчики! — прикрикнул их командир.
В руке он нес кляп, готовый надеть его на Брана, но тот молчал. И так ясно было, что предъявят Касселю — воздействие на разум через речи, обман героини, воздействие на ее внучку и прочую ерунду. Конфискация всего в казну, часть прилипнет к рукам Хорторна, с молчаливого одобрения короля. Смысл? Неясен. Говорить что-то этим стражникам, ничего тут не решающим? Бесполезно.
Поэтому Бран молчал, шагал, уже зная, куда их ведут.
Односторонние порталы вниз, для сброса отходов, узников в подземелья и врагов, если те вдруг доберутся. Слуги снизу поднимались для работ и доставляли припасы вручную, сквозь многочисленные магические щиты, этакая мера безопасности против внезапного вторжения. Существовала и парочка двусторонних порталов, но активировать их мог только король, опять же в целях безопасности.
За прошедшую со времен последнего нападения сотню лет, конечно, все обленились, и эти меры соблюдались кое-как, но сейчас это не имело никакого значения, так как Бран собирался не вторгаться во дворец, а наоборот, бежать из темницы. Выходы оттуда к жилью слуг, транспортным туннелям для припасов, да и в целом в город, охранялись намного хуже, да и по большей части от тех, кто пытался проникнуть из города.
Внизу, как всегда, было темно, шумно и воняло.
— Наслаждайтесь номером в королевской гостинице, причем бесплатно, ха-ха! — хохотнул толстый тюремщик, впихивая Брана в подземную камеру-пещеру.
Здесь был еще кто-то, трое живых существ, но они могли подождать. Тюремщик впихнул Марену, попутно отточенным движением сдергивая с нее кляп. Наручники он снимать не стал.
— Ах ты урод, чтоб тебя тролли драли втроем! — заорала Марена.
— Тебе нравятся, тролли, крошка? — оскалился тюремщик. — Так я приведу их тебе, троих сразу! У нас тут много нелюдей появилось в последнее время, они будут рады свежему мясцу!
— Сам ты нелюдь! Нежить! — Марена рванула вперед, пытаясь достать тюремщика сквозь прутья.
Сверкнула искра заклинания, Марену отбросило и она упала замертво на каменный пол. Тюремщик, еще раз оскалившись напоследок, пошел прочь, насвистывая какой-то мотивчик.