— Я буду драться! — крикнула Марена.
— Подставь им черепаху! — крикнул Бран, отступая в сторону.
Секач промчался мимо, оперение одной из стрел хлестнуло Брана по руке. Нога его молниеносно дала пинка монстру, вгоняя того в дерево по самые кончики клыков. Земля дрогнула, сверху посыпалась кора, посыпались желуди, по ушам хлестнуло воплем Минта. Гатар уже взмывал в воздух, активируя умение «Боевого прыжка». Наполовину оглушенный ударом и пинком Секач дергался, пытаясь вырваться, дерево трещало и качалось, словно монстр тряс его, пытаясь стряхнуть спелую грушу — барда.
— Убейте эту свинью! — орал Минт, вцепившийся в ветку до окровавленных ногтей.
Секира врубилась в загривок секача, ноги орка в могучих сапогах с хрустом сломали позвоночник. Задние ноги секача подогнулись, с отвратительным хрустом и треском монстру вырвало половину черепа, так и оставшуюся торчать в дереве на клыках. Сам зверь рухнул вниз, забился в агонии.
— Берегись! — донесся крик Ираниэль.
Воробьи попробовали налететь на нее и Марену стаей, двоих разорвало стрелами, еще пятеро застучали, словно град, по панцирю Моростона. Черепах высунул голову, впился зубами в Воробья, тот заорал и клюнул Моростона в нос.
— Пошел прочь! — ударил молот Марены.
Комочек мяса, бывший Воробьем, отлетел, рухнул прямо под ноги двум выбежавшим Ядовитым Волкам 147-го уровня.
Попытка Оглушения отражена!
Пронзительный, скрежещущий звук сбил Воробьев с курса и они промчались мимо Минта, Волки на мгновение попятились.
— Ага! — заорал радостно бард, на мгновение переставая дуть в губную флейту.
Вообще, мало кому удавалось нормально на них играть, но лютни на базаре возле Амадеума не было, а от барабана отказался сам Минт. За прошедшие четыре дня инструмент ему так и не поддался, но сейчас это было даже на руку.
— Качу, качу, качу, на монстров бочку качу!! — заорал Минт сквозь какофонию звуков, издаваемых губной флейтой.
Ираниэль стреляла, быстро сбивая Воробьев, щедро тратя ману на увеличение численности стрел. Вообще, в растрате маны и жизни не было такой уж большой опасности — восстановление все вернуло бы, десять-двадцать минут спустя. Многие гибли на этом в начале пути — не следили за маной и жизнью, чрезмерно полагаясь на восстановление, забывая о том, что раны и повреждения снижают скорость такового.
Но это полезное свойство имело и свои недостатки. Точно такое же восстановление имелось и у зверей, птиц, монстров, у всего живого, и поэтому врагов следовало убивать быстро, не давая зализать раны. Монстры тоже это знали, может не разумом, а кровожадными инстинктами, но знали.
— А в бочке той заряд огня, чтоб знали, как прыгать на меня! — продолжал надрываться Минт.
Вообще, Бран посоветовал ему петь, чтобы барду было не так страшно, и похоже, помогало. Хотя песней это назвать язык не поворачивался.
Волки разделились, начали обходить с двух сторон. Лязгнула пасть, переламывая стрелу, вырвалось облачко желтоватого дыма.
— Проклятье! — крикнула Ираниэль. — Эта штука насылает порчу!
Волки не торопились нападать — видели, что случилось с секачом, ощущали, что добыча кусается. Особенно орк, тот, в принципе, один на один мог одолеть кого-то из них, за счет Способностей и умений. Особенность Гатар получил ту же, что и многие, ту же, что и Бран в свое время — «Мастер Оружия», позволяющую биться любым оружием, даже без профессии и умений — и здесь она была бесполезна.
Вскрик и грохот падения тела, песня и скрежет флейты оборвались.
— Благодарю тебя, Филора, — пробормотала Ираниэль под нос. — Гатар!
Волки продолжали обходить, приближаясь к кустам, куда свалился Минт. Воробьи, избавившись от скрежета, ринулись в новую атаку, выцеливая самые доступные цели — то есть Марену и Брана. Внучка Платы неожиданно подпрыгнула, словно собиралась пропустить птиц под собой, и оказалась верхом на Моростоне. Молот так и мелькал, скрежет клювов о панцирь, боевые выкрики.
Волки, воспользовавшись моментом, ринулись на Ираниэль, вроде бы оставшуюся без защиты. Эльфийка крутнулась, словно в безумном танце, руки ее пошли вкруговую, вместе с напевной активацией умения-заклинания «Корни Леса»:
— Проснисьиудержимоихврагов!
Похоже, на это заклинание у Ираниэль ушла вся мана, но дело того стоило. Земля вздыбилась, хватая Волков травой и корнями за лапы, замедляя движение. Один из них подпрыгнул, уходя от корней, в воздухе немедленно свистнула секира, врубилась со смачным хрустом в бок, бросая монстра на землю.