— Я думала поместить ее в комнату около кладовой, — жестко возразила она.
Миссис Чарлтон удивленно посмотрела на прислугу, затем с едва заметным налетом раздражения заявила:
— Но это уж ни в какие ворота не лезет, миссис Лэнг. Та комната совершенно не годится для друзей Стива.
— Для друзей Стива! — недоуменно откликнулась миссис Лэнг. Затем, признав поражение, бесстрастно произнесла: — Как скажете, мадам.
Однако во взгляде, брошенном домработницей на мисс Блейк, не было ничего, кроме недоверия. Итак, по крайней мере, шотландка не столь наивна и, в отличие от своей хозяйки, отнюдь не уверена, что Джилли та, кем ее вообразили.
Когда они снова остались одни, пожилая дама умиротворенно проговорила:
— Не обращайте внимания на миссис Лэнг. Она очень много работает и иногда бывает попросту невыносима. В каком-то смысле ее старомодность не так уж и плоха, особенно в наши дни. Но поскольку я сама не так строго придерживаюсь традиционных взглядов, немудрено, что между нами то и дело возникают небольшие трения.
Остальное время беседы миссис Чарлтон посвятила своему сыну Ронни, который, по ее мнению, был истинным джентльменом. Зэллу она более не упоминала, что немного расстроило Джилли: ей было интересно узнать побольше об этой женщине. Или скорее о ее взаимоотношениях со Стивом? Нет, убеждала себя девушка, ничьи личные тайны ее не волнуют, но раз уж ей предстоит жить в одном доме с этими людьми, было бы разумно получше изучить их характеры.
Когда она вышла наконец от хозяйки, люстра уже не горела. Холл освещала лишь лампа на длинной ножке. Неслышно ступая, мисс Блэйк пересекла холл и пошла по лестнице вниз. Пробираясь по коридору, она вовсе не была уверена, что выбрала правильное направление. Девушка прошла мимо открытой двери и, глянув в комнату, увидела Стива, сидящего за столом с трубкой в руке, погруженного в какие-то бумаги.
Комната была маленькой и когда-то задумывалась как помещение для прислуги. Теперь же, обставленная мягкими креслами, с двумя стеллажами, заполненными книгами, смотрелась уютно и приветливо. Золотистый кокер-спаниель дремал у ног мужчины, и на миг Джилли почувствовала неуверенность и приступ одиночества. Она — чужая, посторонняя. Она подглядывает.
Стив поднял голову и встретил ее взгляд. «Как молодо она выглядит, — с жалостью подумал он. — Какой кажется растерянной, какой уязвимой! Она как ребенок, глядящий в витрину магазина игрушек безо всякой надежды когда-либо стать обладателем выставленных в ней сокровищ. — Стив криво улыбнулся. — Какое странное маленькое создание, готовое скорее пойти навстречу опасностям — а она ведь понимала, что ее поджидают опасности, — нежели поставить любимую тетю в неудобное положение!» В памяти его всплыла маленькая фигурка в свете фар, упорно идущая наперекор проливному дождю дрожащими, неуверенными шажками.
Чарлтон вынул трубку изо рта и откинулся в кресле.
— Не стойте на пороге, входите, — сказал он, и необычная теплота его голоса удивила девушку настолько, что на секунду она застыла.
— Знаете, я не кусаюсь, — сухо сообщил он. — Синнамон тоже не кусается, верно, старик? — Хозяин нагнулся и потрепал шелковистые уши пса.
— Но миссис Лэнг велела мне подойти к ней сразу после чая, — с сомнением ответила собеседница.
— Миссис Лэнг подождет. А вы всегда так пунктуальны? Тогда вам придется нелегко с моей матерью. Наверное, вы успели уже заметить, что она любит пообщаться.
Дружелюбие мужчины рассеяло последние сомнения; Джилли пересекла комнату, остановилась у камина и огляделась.
Светлые, серовато-голубого оттенка стены отражали лишь слабый отблеск огня, а кресла были обиты твидом того же цвета. На стенах висели темно-красные ковры, а на полках разместились батареи книг с позолоченными коричневыми кожаными переплетами. Вещи создавали в комнате атмосферу теплоты и уюта. На высоком окне не было занавесок, но сырую, холодную ночь не впускали в дом плотные венецианские жалюзи.
— Какая уютная комнатка, — задумчиво произнесла Джиллиан. — Просто прелесть. Представляю, как хорошо сидеть здесь и обдумывать насущные проблемы. — Она заметила умирающий в камине огонь. — Может, мне подложить угля? Пламя вот-вот потухнет.
— Благодарю, — серьезно ответил собеседник, наблюдая за ней и задумчиво попыхивая своей трубкой, пока девушка растапливала камин. Глаза ее ярко блестели, а голос был звонок и полон жизни. Странно, какое ошибочное впечатление иногда может сложиться о человеке. В этой промокшей пташке явно таилось куда больше древних сил, чем он поначалу предполагал. Вполне возможно, увиденное вначале и вовсе было иллюзией.