— Привет, — машу рукой, подходя ближе.
— Лия, ты нормальная? — начинает он резко, оставляя меня в недоумении.
— Что?
— Почему я от других узнаю, что тебе вчера стало плохо? Черт возьми! И потеряла сознание почти сразу после того, как мы расстались! Это нормально вообще? Почему ты мне просто не сказала? Тебе стало плохо во время нашей встречи? Ты была странной, но я думал, что ты просто устала! И ведь не позвонила, хотя я просил! Почему связалась с Уильямсом? Он не твой куратор! Мой номер был у тебя в руках. Почему? Мне влетит из-за тебя за то, что я плохо о тебе забочусь.
Его слова разбивают на мелкие осколки тот образ, который я успела себе придумать. Долон не идеальный. Он просто обычный человек, который взял на себя ответственность и теперь боится последствий. А я его подставила. Неужели и второго куратора в итоге придется менять?
Я успокаиваю его, сдерживая внутри накатившуюся волну тоски. Для убедительности ставлю его номер в быстрый набор, и он довольный уходит прочь.
Коридор полупустой, опаздывающие на ланч ребята о чем-то переговариваются, мазнув по мне взглядом.
Холод одиночества пробегает от плечей до кончиков пальцев. Почему все так сложно? И пусто.
Собраться с силами удается только в кафетерии. Там так шумно и многолюдно, что я по привычке теряюсь. У стола возле окна взлетает вверх рука, и я сразу иду в ту сторону. Кажется, это уже официально наше место.
Последний звонок на сегодня возвращает мне силы. Махнув на прощание Долону, я подхватываю рюкзак и спускаюсь на первый этаж, который постепенно становится все многолюднее. Забрав сумку с формой, останавливаюсь в центре холла в нерешительности. Я совершенно не знаю, где шкафчики Киры или Дерека. Помощь приходит сама — телефон вибрирует.
— Ты где? — голос подруги заставляет улыбнуться.
Уже через минуту парень и девушка оказываются рядом. Перекинувшись парой слов, мы выходим на улицу. Дерек, словно продолжая экскурсию по школе, проводит нас к раздевалкам. А после я вся отдаюсь новому для меня виду спорта.
Я никогда не занималась легкой атлетикой. Все познания о ней заканчивались трансляциями с олимпиад, которые я даже не всегда досматривала до конца. Однако здесь, как мне говорили, это просто бег на определенные дистанции. Такое у нас было и в школе, что и имело решающее значение.
Но такого я не ожидала. Легкая атлетика оказалась достаточно популярной, и не только среди парней. Мне кажется, здесь уже собралось не меньше одного обычного российского класса. Парни и девушки, оживленно болтая, выстроились вдоль кромки дорожки стадиона. Все — уже в форме. Даже непрофессионалу понятно, что они занимаются бегом не один месяц и даже скорее не один год. Их ноги сильные, мышцы делают их визуально больше и плотнее.
Дерек, убедившись, что мы на месте, уходит на трибуну.
— Он все время будет здесь? — спрашиваю у Киры, переминаясь с ноги на ногу. Я не надела олимпийку, и теперь мерзла в одной футболке.
— Это просто первая тренировка, — поясняет подруга, присев на корточки. — Он хочет убедиться, что все в порядке. Да и потом обещал подвезти.
— Блин.
— Что?
— Не хочу, чтобы за нами следили, — бурчу, скрещивая на груди руки. — Еще опозорюсь перед ним.
— Ой, я прям слышу голос Джейн, — усмехается Кира, опускаясь на газон вслед за остальными.
— Ну а что? Я давно не бегала. А тут все такие… профессиональные.
— Ну и что? Здесь нам оценку не поставят. Это им важны успехи, — кивает Кира в сторону стоящих поблизости ребят. Те оглядываются на нас, услышав русскую речь. — Им это для универов нужно. А нам нет. Нам нужны только часы.
Звук свистка прерывает все разговоры. Тишина возникает такая, что становится даже немного не по себе. Мы с Кирой встаем с краю, стараясь быть максимально незаметными.
— Всем привет! — бодро начинает тренер, встав перед нами. В одной руке у нее планшет, в другой — телефон, который женщина убирает в карман спортивной куртки. — Рада видеть знакомые лица. Но, как вижу, у нас есть и новенькие. Меня зовут Амалия Гринберг, но вы можете обращаться ко мне «коуч». Мы занимаемся все вместе два раза в неделю — по вторникам и четвергам. Разминка общая для всех, а дальше все поймете по ходу. У нас только одно требование — быть здоровым. Если чувствуете себя плохо — не важно, ментально или физически — вы всегда можете сообщить мне об этом. Хорошо? Ах да, еще у нас соревнования со следующей недели…
Я испуганно вскидываю голову, встречаясь взглядом с женщиной. А она вдруг начинает хохотать, сложившись едва ли не пополам от смеха.