Всех помыли, никого не забыли! Стали вымытые в ряд, банщиков благодарят.
Веселый задал пир Петрушка, на свадьбе Степки с Погремушкой.
Двадцать три торта разного сорта, яблоки с арбуз, как сахар на вкус, ташкентский виноград, конфеты, шоколад — гости еле-еле все это поели!
А пошли плясать, прямо ног не видать — так высоко прыгали, так ногами дрыгали.
А в оркестре у Степана два порвали барабана, чуть не лопнул трубач, а скрипач пустился вскачь:
Три сапожника в зале к плясунам подбегали, зашивали башмаки, подбивали каблуки.
Раздавали повара сахарные веера; веерами обвевали, лимонадом угощали.
Сам Петрушка плясал, пока на пол не упал; полежал минут пять — и опять пошел плясать!
Есть еще на свете скверные дети, вроде Степки, неряхи и растрепки. Не хотят мыться, не хотят учиться.
Как пойдут по улице, прохожие хмурятся, собаки бросаются, лошади пугаются.
Кто боится воды — тот дождется беды. А кто любит мыться, любит учиться, тот скорее растет, веселее живет.
Здесь налево и направо нарисован мальчик Пава. Он растрепкой был сначала — мама плакала, рыдала. Посмотрите — стали птицы в голове его гнездиться.
Он узнал из нашей книжки, что нельзя прожить без стрижки.
Начал мальчик Пава мыться, и работать и учиться.
Глянь налево, глянь направо, где красивей мальчик Пава?
1925 г.
Ундервуд. Пьеса в 3-х действиях
Действующие лица
Мария Ивановна.
Иринка, Анька — ее дочери.
Варвара Константиновна Круглова, по прозвищу Варварка.
Маруся — ее падчерица, пионерка.
Маркушка-дурачок — нищий, безногий, в колясочке на роликах.
Крошкин — студент техникума сценических искусств.
Мячик — студент политехникума.
Антоша — старик-часовщик.
Действие первое
Двор в пригороде или в дачной местности. В глубине двора двухэтажный дом. Наверху живет Мария Ивановна с дочерьми — Иринкой и Анькой. Комнату она сдает студентам — Мячику и Крошкину. Внизу, налево, живут Варварка и Маруся. Направо, как раз под комнатой студентов, в бывшей лавчонке — Маркушка-дурачок. Лето. Часов пять вечера. Анька поливает траву из стакана.
Иринка. Анька!
Анька. Чего?
Иринка (шепотом). Что я видела!
Анька. Чего?
Иринка. Подойди сюда! Скажу.
Анька. Да-да!
Иринка. Что да-да?
Анька. Я подойду, а ты плюнешь.
Иринка. О! Есть мне время на всех плевать. Что я, дождик, что ли? Иди сюда!
Анька. А вчера ты зачем плюнула?
Иринка. Нечаянно! Да иди же сюда!
Анька. Нечаянно! Прямо в ленточку в новую. Нечаянно!
Иринка. Так ты же сейчас без ленточки. Иди! Интересное!
Анька. Мало ли что... Интересное! Я тебя знаю! Хочешь что сказать — иди ты сюда!
Иринка. Ну, тогда погоди. Я сейчас.
Анька (продолжает поливать траву). Погоди... И погожу! Я никуда не бегу. Куда бежать-то? Что я — лошадь? Мать, наверное, уснула. Куда же бежать-то?
Иринка (выбегает). Брось поливать!
Анька. Они пить хотят...
Иринка. Брось поливать! Послушай, что я знаю!
Анька. Наверное, ничего и не знаешь?
Иринка. Нет, знаю. Интересное! Про мачеху, про Марусину!
Анька. Про Варварку?
Иринка. Ну да! Интересное...
Анька. О?!
Иринка. Вот тебе и «о»!
Анька. Ну!
Иринка. Вот тебе и «ну» — она деньги считала!
Анька. Деньги?
Иринка. Деньги. Во какую массу! Как кирпич. Толстую!
Анька. Рубли?
Иринка. Какие там рубли! Червонцы...
Анька. Ну, вот и врешь... Откуда у нее червонцы? Она же бедная! На пенсии. Откуда же у нее? Как же ты увидела?
Иринка. Да ты слушай. Видишь вон то гнездо?
Анька. То?
Иринка. Да!
Анька. Воробьиное?
Иринка. Да!
Анька. Под крышей?
Иринка. Да! Да! Да! Полезла я туда за мышонком...
Анька. Зачем?
Иринка. Да за мышонком же! Я туда вчера живого мышонка посадила.
Анька. Мышонка? Живого? А мне не сказала!
Иринка. Да ведь я же о другом говорю сейчас!
Анька. Сестра называется... Мышонка поймала, а мне...
Иринка. Да это же вчера было, когда ты в городе была! Я у кошки его отняла — а он совсем живой. Ну, я его туда... Хотела глянуть, как воробки удивятся... Ну, вот... Лезу я...
Анька. Удивились?
Иринка. Ах, да не знаю я! Воробьята запищали, а старых дома не было. А тут меня мама обедать позвала. Я побежала и забыла. Только-только вспомнила. Полезла, глянула, нету там мышонка... Лезу обратно...