— Благодарю за такую заботу о моей репутации. И прошу меня извинить. Вряд ли вы желаете быть скомпрометированной общением со мной.
Шарлотта резко развернулась на каблуках и прямиком направилась к леди Сибилле и командору Ваймсу.
— Ну что, удалось осмотреться? — спросила герцогиня Анкская.
— Вполне. Думаю, кое-какие выводы я уже сделать могу.
— Это не помешало бы, — угрюмо заметил Ваймс. — Кстати, что от вас хотела леди Силачия?
— Она деликатно указала мне на мое место, — кисло улыбнулась Шарлотта.
— Это вполне в духе местной публики. Итак, каков итог?
— Можно не брать в расчет Миранду, племянницу де Словва. Слишком молода и не располагает необходимыми ресурсами.
— Она очень умная и добрая девочка, — подтвердила леди Сибилла.
— Леди Монтгомери тоже можно вычеркнуть. Не тот характер. А вот леди Брамвелл определенно остается под подозрением.
— Она замужем, — пробурчал Ваймс, намекая, что сомневается в правильности выводов Шарлотты.
— Уж не за тем ли лысым потеющим джентльменом, чей живот активно подталкивает его камзол расстаться с пуговицами? — ехидно заметила она, выразительно переводя взгляд с лорда Брамвелла на лорда Ветинари и обратно.
— Я с ней мало знакома, — разрядила обстановку леди Сибилла, — она довольно замкнутая.
— Да, она вполне может оказаться той, кого мы ищем, — согласился командор. — Еще кто-нибудь?
— Молодая женщина в синем бархатном платье и рядом с ней дама в вишневом наряде.
— Первая — Элизабет Прайс — сестра одного из акционеров Королевского банка, не имеет титула. А вторая — Регина Ржав.
— Она ненавидит Ветинари, — заметил Ваймс.
— Как и леди Силачия, которая все же оказалась у вас под подозрением и проявила ко мне повышенный интерес.
— Она даже не смотрит в его сторону.
— Нарочито не смотрит. Весьма и весьма старательно.
— Хорошо. Минус Прайс, плюс Ржав. Это все?
— Все.
— И что мы имеем в итоге?
— Регина Ржав, леди Брамвелл и леди Силачия. Честно говоря, дальше я пока затрудняюсь делать выводы. Нужно еще немного времени.
— Хорошо, — вздохнул Ваймс. — Но хотелось бы сегодня с этим разобраться.
Однако следующие полчаса не дали никакого результата. Шарлотта начала сомневаться, что это вообще возможно. В момент, когда она совсем было отчаялась, к ней подошел элегантно одетый мужчина с тщательно зализанными волосами, лоснящимися от геля и маленькими черными усиками.
— А у Ветинари есть вкус, — его развязный тон покоробил Шарлотту. Она смерила его оценивающим взглядом, всячески давая понять, что оценка эта весьма невысока.
— Карл Райнц. Мы в Злобении ценим дружественные связи, — он выделил последние слова и подмигнул ей. — И сегодня я очень пожалел, что Анк-Морпорк не разделяет наших традиций более тесного неформального знакомства.
Не дожидаясь следующей реплики, Шарлотта повернулась к нему спиной и направилась к выходу. Она снова ощутила это унизительное чувство, будто она — всего лишь вещь, а не человек. Впрочем, эти люди никогда не стали бы считать ее за личность. В лучшем случае она могла быть для них приложением другого человека. Внезапно, она осознала всю абсурдность ситуации. Они выставляют себя полными дураками, пытаясь унизить ее фактически ни за что. Вся эта канитель в тот же момент начала казаться ей забавной. Они думали, что унизят ее своим отношением. Но в конечном итоге Шарлотта сама выбирала, быть ли ей униженной или нет. Стоит ли беспокоиться из-за мнения этих людей на свой счет? Есть ли смысл дорожить своей репутацией? И тогда вместе с облегчением ее голову посетила мысль. Нет, даже не так, а МЫСЛЬ. Незаслуженно обидели — заслужи. Не можешь предотвратить бардак — возглавь. И МЫСЛЬ оформилась в ПЛАН. Ветинари хотел провокации — он ее получит.
Она вернулась в зал и быстро нашла Ваймса.
— Командор, боюсь, что дальнейшее наблюдение результатов не даст. На публике они ведут себя довольно осторожно. Разговорить их тоже будет нелегко. Но у меня есть идея.
Ваймс наградил ее подозрительным взглядом.
— Какой-то подвох?
— Я не уверена, что она понравится лорду Ветинари. А я не хотела бы столкнуться с его… неудовольствием. В прошлый раз оно вышло мне боком, при чем совершенно незаслуженно.
— Расскажите, в чем ваш план, а там посмотрим.
И Шарлотта рассказала. Когда она закончила Ваймс смотрел на нее со смесью страха, уважения и чего-то еще, что она охарактеризовала как «веселье».
— Это очень рискованно, — серьезно сказал он.
— Не более рискованно, чем мне уйти отсюда, не добившись результата. Еще одно покушение я могу не пережить. К тому же, там должен быть стражник, и для моей защиты, и для того, чтобы зафиксировать признание.
— Думаете, она признается? — командор все еще сомневался.
— Очень на это надеюсь. Судя по всему, она сильно зла. Если ее чуть подтолкнуть, она будет поступать опрометчиво. А уж разговорить ее — моя задача. Главное, довести эту мадам до точки кипения, — глаза Шарлотты недобро блеснули.
— А вместе с ней и всех присутствующих. Включая Ветинари, — он мечтательно улыбнулся.
— Патриций ждет результата. Это даст результат, — она пожала плечами.
— Хороший план, — одобрил, наконец, Ваймс, — рискованный, но хороший. Я вас прикрою.
— Спасибо. Что ж, тогда пора. Нет смысла оттягивать.
С этими словами Шарлотта взяла два бокала и неспешно направилась прямиком к патрицию. По мере ее продвижения разговоры затихали, она чувствовала взгляды, направленные ей в спину, и старалась сохранять невозмутимый вид. Мысль о том, что сейчас она водит их всех за нос, добавила ей уверенности и того волнения и воодушевления, которые возникают перед прыжком с высокой скалы в воду. Азарт толкал ее вперед.
Лорд Ветинари стоял в тени колонны, погруженный в свои мысли, когда внезапно затихающие разговоры привлекли его внимание. Он увидел Шарлотту, идущую к нему от центра зала с двумя бокалами в руках. Патриций крайне редко позволял событиям застать его врасплох. Он придерживался идеи, что любые планы и ожидания совершенно бесполезны, так как загоняют человека в определенные рамки, ограничивают в возможностях и сковывают. А человека без плана, человека, готового ко всему, застать врасплох затруднительно по определению. Однако в данный момент некой составительнице кроссвордов и хозяйке зоомагазина в одном лице это удалось. Она заметила намек на растерянность и, воспользовавшись моментом, вручила лорду Ветинари бокал, после чего наклонилась к его уху и заговорщически прошептала:
— План А провалился, переходим к плану Б. Будет неплохо, если вы мне подыграете.
Шарлотта широко улыбнулась и сделала глоток, окидывая взглядом зал, разговоры в котором возобновились с утроенной силой, отчего создалось впечатление, что здесь разворошили осиное гнездо. Впрочем, такая интерпретация была недалека от истины.
— И в чем же заключается план Б? — поинтересовался патриций, задумчиво проводя тонким пальцем по краю бокала.
— Мы решили устроить провокацию.
— Мы?
— Я и командор Ваймс.
— И вы уверены, что это сработает?
Шарлотта с трудом оторвала взгляд от бокала в руках патриция. Ей необходимо было сосредоточиться.
— Я уверена, что если не попытаться, то сегодня мы с этим не покончим. А мне не хочется испытывать судьбу и встречаться с наемными убийцами еще раз. Поэтому я буду крайне признательна, если вы совершите над собой небольшое усилие и сделаете вид, что данная беседа доставляет вам удовольствие.
— И чего вы хотите этим добиться? — спросил он, улыбаясь.
— Хочу вывести ее из себя, — ответила она и к собственному ужасу положила руку на плечо Ветинари, который даже бровью не повел.
— Как далеко вы планируете зайти? — спросил он, делая глоток шампанского.
— Я хочу действовать наверняка.
— Что ж, надеюсь, в ваши планы не входят танцы.
Шарлотта хитро прищурилась. Она вдруг поймала себя на ощущении легкости и расслабленности, столь удивительных в таких сложных обстоятельствах и в такой непростой компании. Что ж, шампанское было отменным.