Когда долго к чему-то готовишься, тщательно планируешь и пытаешься учесть малейшую мелочь, меньше всего ожидаешь, что с самого начала все эти планы начнут рушиться и отовсюду полезут неучтенные мелочи. Ну, или не мелочи — это с какой стороны посмотреть.
Так что пока студентусы слушали лекции и пытались разнести «Одноухого зайца», несчастные дознаватели, преподаватели и даже несколько городских магов, не имевших к школе ни малейшего отношения, пытались вернуть события в тщательно распланированное русло. События же сопротивлялись и неслись вперед, как бурная река.
А глава столичных дознавателей вообще подозревал, что его кто-то проклял и давно бы сходил проверить это, если бы было хотя бы немного свободного времени.
— Так, — многозначительно говорил он, читая сочинение какого-то лирика, лишь по ошибке попавшего в дознаватели, о том, как был найдет и обезврежен ящик, зарытый вороватым студентусом.
Сочинение было красочным, с описанием яркого солнца, припекающего макушку, капелек пота на висках симпатичной дамы-дознавателя, пробежавшей мимо бесстрашной полевки с глазками бусинками. И главе дознавателей приходилось все это читать, тихо зверея и желая придушить графомана, превратившего официальный документ в эту пакость. И если бы сочинение не заканчивалось уверениями, что все найденное было обезврежено, бегающие лопухи изловлены и переданы в школьную оранжерею, а бывший вороватый студент отправлен отрабатывать провинность, глава бы точно потребовал кого-то уволить. Он даже знал кого.
— Пустой след, — пробормотал глава и запил эти слова настойкой от головной боли. — Об этой ерунде можно забыть.
Дознаватель мысленно повторил последнее предложение, потом еще раз повторил и еще. И настроение у него улучшилось, несмотря на подчиненных, половина из которых идиоты, а среди второй половины встречаются графоманы.
Все ведь хорошо, ну, почти.
И случайно выпущенный из металлических бочек летучий газ кикх-хэй заменить вроде успевают. И те балбесы, которых отдали изобретателю в качестве помощников, вчера не подрались и ничего не сломали. Хотя, возможно, только потому, что слишком устали в предыдущие дни, а тут еще и кикх-хэй стал заставлять их бегать кругами, якобы для того, чтобы натоптать границу для паутины.
Главе дознавателей было даже не интересно, существует ли та паутина на самом деле. Главное, что занятие парням нашел.
И оборотни наконец договорились между собой и не стали ломиться на поиски неведомого зла всей толпой. Хотя им по-прежнему хотелось. Оборотни почему-то упорно верили в то, что кто-то пытается создать из похищенных людей их собратьев. И доводы о том, что у шуршалок недостаточно мозгов для того, чтобы что-то создавать, а у людей слишком иная магия для того, чтобы суметь повторить то, что эти зверьки сотворили в свою бытность разумным и жаждущим завоеваний народом, оборотней почему-то не убедили. Они даже готовы были поверить в новый прорыв из того мира. Правда, так и не смогли объяснить, зачем прорываться в такой тайне и заниматься разной ерундой.
Впрочем, несчастные дознаватели недолго радовались тому, что оборотни наконец перестали толпами стоять под окнами и громко спорить. Потому что какой-то ненормальный маг, желая полить огородик, взял и устроил разлив реки, пересекающей Старый Тракт. Реку, конечно, успокоили быстро, но оказалось, что она успела подмыть и обрушить мост, который, по уверениям специалистов, мог простоять без ремонта еще не меньше трех веков.
Там, конечно, сразу же пустили паром, но вся группа едущих на практику студентусов на нем бы не поместилась, да и никто не смог представить купцов, без скандала пропускающих каких-то магов, у которых ограничено время на эту самую практику. Так что пришлось искать обходной путь, меняя планы.
Но не успели эти планы поменять, как приперлись какие-то придурковатые северяне и стали требовать выдать им наследника одного из княжеств. Еще и печальную историю рассказали о неверной жене, нагулявшей сыночка на стороне и вместо того, чтобы покаяться и повиниться, ставшей обвинять в том же предшественницу. Из-за чего, собственно, наследник, которого делегация искала, и удрал из дома, не дожидаясь, пока осерчавший папаша случайно пришибет. И жил этот наследник спокойно себе не один год вдали от родины. А тут на тебе, князю глаза на гулящую жену открыли, доказательства того, что любимое дитятко вовсе не его дитятко предъявили. А потом еще и гнусно расхохотались, заявив, что с тех пор, как он заболел сизой болезнью детей у него больше быть не могло. Так что беглый княжич единственный его наследник. Вот делегация и приперлась вызволять этого наследника из чужоземья и везти домой.