Р.Б. так и не успел обосноваться в нашей компании, он умер. Это произошло летом, после выпуска из школы на музыкальном фестивале. Все случилось очень просто - мы вдвоем засели в палатке и принимали одну таблетку за другой, готовясь к выступлению, запивая все это дешевым портвейном. Потом я вырубился, а когда очнулся увидел, что перед нашим лагерем стоит несколько казенных машин - милиция и скорая, в которую на носилках несли меня, а я кричал на них матом утверждая, что со мной все хорошо. Краем глаза я тогда увидел, как из палатки достают большой черный пакет с телом…
Так умер Р.Б., я же взялся за ум и прошел курс реабилитации, бросил старую компанию, перестал пить и поступил в институт.
Глава 4
“Ну вот! Ты уже начал вспоминать” - сказал мне незнакомец из дальнего угла комнаты, он все еще курил и до меня доносился запах табачного дыма. От желания затянуться у меня пересохло в горле, и я жадно вдыхал воздух.
“Будешь? – предложил он мне заботливым тоном, - Да, конечно!” - сказал я. Он неслышно встал и вышел на свет, так что я смог разглядеть только его силуэт. Незнакомец высок и у него длинные волосы, одет в косуху с клепками на плечах, а на ногах большие, явно не по размеру, кирзовые сапоги.
Лица его я разглядеть не мог, лишь два серебристых кусочка металла вместо глаз.
Он подошел ко мне и приставил холодными, почти ледяными пальцами сигарету к моим губам. Я сделал несколько больших затяжек и выдохнул целое облако дыма. “Еще”, - попросил я. Когда он в очередной раз подносил сигарету к моим губам я отметил, что кожа на его пальцах почти синяя, а коричневые ногти были невероятной длины и загибались, как будто он не стриг их целую вечность.
За окном стрекотали сверчки, и гулял меж деревьев ветер, а меня понесло от двух глубоких затяжек, - видимо я давно не курил. Голова закружилась и тело, как будто тяжелым грузом, придавило к пружинной койке.
Незнакомец присел на соседнюю, но она почему-то не скрипнула, это было очень странно. Воцарилась тишина, лишь изредка ее нарушал шум проезжающих за окном машин, слабый свет фар попадал в комнату и отпечатывал на стене контуры решетки. Наконец, сосед нарушил повисшую в комнатке тишину, его глаза снова блеснули серебром, он заговорил:
“Что вы сделали с этим миром? Возвели ложь в Абсолют, сделали ее смыслом жизни и единственно возможной формой существования человеческого существа. Вы монетизировали все до чего смогли дотянуться: искусство, отношения, мнение и даже чувства. Поработили сознание людей своей мнимой “стабильностью” и мнимой же “безопасностью”. Конечно, легче управлять людьми, которые ходят с руками за головой кругом по тюремному дворику.
Как и любая система, ваша стремится к упрощению. Сначала вы деградируете до состояния животного, затем до одноклеточных амеб и инфузорий, тогда все неизбежно погибнет, ставь питательной массой для чего-то нового. Так было всегда. Весь мир, как снежный шар катится со склона, наматывая на себя страны и эпохи, нации и людей, набирая скорость он неизбежно окажется разбитым вдребезги очередной войной или вспышкой оппортунистической пандемии.
Когда то, очень давно на земле жил человек, который нес благую весть о спасении, но люди, испугавшись распяли его, а философское учение, как бы в насмешку, превратили в догматический ритуальный каннибализм. Весть была проста и недвусмысленна – говорите правду, всегда и везде, где только можете. Не бойтесь ни тиранов, ни их армий, ни бедности, ни изгнания – все на земле преходяще.
Неизбежность - именно то слово, которое характеризует то, как мчится на огромной скорости ваш “прекрасный новый мир” к своему логическому концу. Мир, который после нескольких тысячелетий, наконец то построили чудаковатые ростовые куклы под пристальным взором монокуляров семи смертных грехов”.
Я особо не слушаю его и рассматриваю комнату, сантиметр за сантиметром пытаясь выяснить, где нахожусь. Стены с потрескавшейся краской, высокие арочные потолки, нужно как-то освободиться и бежать подальше от этого психа.
Пространство давит на меня, заполненное затхлой больничной вонью, липкой смесью лекарств и испражнений, боли и страха.
“Ты можешь меня развязать? – спросил я неуверенно и посмотрел на силуэт, он ответил -Нет, пока нет. Еще рано, ты не готов. Расскажи мне о том, что было после клуба.”