— Никогда не думал, что окажусь на месте Сталина, и мне придется договариваться с этими прожженными политическими интриганами. Ведь если из тех же геополитических интересов исходить, мы для них не более чем временный политический союзник на короткий момент времени. «Морские державы» всегда стремятся установить свое господство над миром, это их главная цель, как ни крути — стремление к гегемонии. Сейчас оно подкреплено огромным флотом и авиацией, а промышленное превосходство настолько неоспоримо, что после победы над «Объединенной Европой» и ее сателлитами, я имею в виду Японию и некоторые азиатские страны, что после войны они будут диктовать всем свои условия, а доллар станет единственной мировой резервной валютой. Это в тридцатые, после «великой депрессии», он был одной из многих, ведь все страны отказались от «золотого стандарта», а после победы и краха рейха половина всего мирового производства будет именно в США. Половина, Андрей — «мультидержавный стандарт», хотя сейчас, конечно, меньше. Присовокупим Британскую империю со всеми ее доминионами и колониями, «Новый Свет», в котором действует доктрина «Монро» — две трети мирового производства под контролем англо-саксов. Примерно четверть у «Еврорейха» со всеми присоединившимися странами. У нас меньше десятой части в общем объеме, и то благодаря проведенной раньше индустриализации и огромным ресурсам.
Кулик остановился, болезненно пожал плечами, кости ныли. Жданов что-то высчитывал на листке бумаги, быстро черкая карандашом. И подняв голову, в полной задумчивости произнес:
— А ведь Германии невыгодно воевать с нами, как ни крути. Гитлера с нацистами и их стремлением к «жизненному пространству» в расчет можно не принимать. Война с нами объяснима только в одном случае — один на один, вся «Объединенная Европа» против нас. Следовательно, и в четырнадцатом году, и в сорок первом, кто-то немцам дал гарантии, что они могут смело начинать «дранг нах остен». И еще один вариант — союз Европы с нами, это приговор англо-саксам — они сразу потеряют свою доминирование над миром. И как следствие этой политики, вполне объяснимой, неизбежно постоянное разжигание войны на континенте.
— Сейчас можно договориться с Рузвельтом о разделе сфер влияния в мире — он придерживается именно такой концепции. Но тогда все крупные европейские страны должны исчезнуть как таковые, а объединенная Германия это наша вечная угроза будущего реванша. Их нужно раздробить, опустить во времена «Вестфальского мира», лишить колоний, запретить иметь вооруженные силы. И кому будут страшны беззубые шакалы, их постоянный вой на луну тогда никого не напугает. Потому нам надо сейчас хитрить как можно убедительней — не пугать буржуев мировой революцией, человечество должно внутренне измениться для преобразований. Нам следует подумать над парадигмой идеологии, не навязывать ее силой, а показывать возможности. Сейчас такое невозможно — силком к социализму народы не подвинешь, это должно стать привлекательным образом жизни. Вот тут нам с тобой нужно думать и думать — зная ответы в будущем, искать правильный вариант. Но пока его я не знаю — а потому риск ошибки велик…
Попытка бросить вызов главным «морским державам», и для Японии, и для Италии, и особенно для Германии закончилась крайне печально…
Глава 31
— Дали вы тут японцам про…ся, я такого столпотворения со времен Халхин-Гола не видел. Выходит эти американские истребители не так и плохи, как мне в Москве «втирали». Ведь так, Яков Владимирович?
С командующим ВВС Смушкевичем маршал Жуков сошелся еще во время боев в Монголии, тогда оба были комкорами, потом стали командармами 2-го ранга. Да и арест авиатора он воспринял неоднозначно, но промолчал, прекрасно понимая, чем может кончиться заступничество. Это Кулик «безбашенный», еще с Павловым задолго до войны написали Сталину, что пора прекращать репрессии против военных. Для последнего это очень плохо закончилось, при первой крупной неудаче припомнили все грехи и расстреляли. А вот Кулику невероятно повезло — в сорок первом он единственный, кто с сентября в «гору» резко пошел. Невероятно везло бывшему начальнику ГАУ, но ведь не зря — сильно изменился Григорий Иванович, очень сильно, да так, что Сталин с ним считаться стал, своим заместителем в Ставке и ГКО назначил. Да и характером маршал крутоват, порой настолько резок, что за глаза «бонапартом» именуют. Вот он спас «авиаторов», которые у Берии все «признания» уже подписали, еще бы им упорствовать — на Мерецкове живого места не осталось. И то, как Кулик жестко разобрался с «верхушкой» НКВД, для всех военных прямо бальзамом по сердцу — этого давно жаждали и хотели свести застарелые счеты.