— Радиограмма с «Кельна», экселенц. Завтра к нам отправят самолет, погода обещает быть лучше, и будет проведена разведка. Крейсер от нас в двухстах милях, но вперед идти уже не может — его остановил лед. Но самолет вышлют, как только улучшится погода. Из Тромсе отправят несколько «кондоров» с полной заправкой — они завтра сделают облет Карского моря. Мы хоть знать будем, как вырваться из этого капкана.
В голосе командира линкора капитана цур зее Фридриха Хуффмайера прозвучало облегчение — его корабль медленным ходом шел уже третьи сутки через тонкий лед, ломая его корпусом на самом малом ходу. И каждый час такого перехода выматывал нервы, натягивая их стальными струнами, тронь — зазвенят. Ведь стоит остановиться кораблю перед непреодолимым препятствием, и все — линкор не ледокол, вырваться не сможет, совершенно разные по своему предназначению корабли. Это финны строили свои броненосцы береговой обороны для плавания в Финском заливе, потому заранее придали им ледокольные формы. Немецким же кораблестроителям такая идея просто не приходила в голову, и правильно, какие могут быть рейдерские операции в Арктике. Но в штабе кригсмарине от безысходности спланировали операцию «Страна чудес», расчет вообще-то был сделан правильно, вот только кто знал, что американцы свой линкор с конвоем отправят.
— Хорошо, Фридрих, — мотнул головой Бей, продолжая щуриться — снежный буран разыгрался не на шутку. Мерзкая погода, и к несчастью починить локатор невозможно. А это плохо, очень плохо — радисты линкора очень внимательно отслеживали эфир, в котором шли бесконечные радиограммы как русских, так и союзников. Радиостанция «Шарнхорста» работала только на прием, выходить в эфир было смертельно опасно, последний раз он доложил в Берлин сразу после боя, и ему приказали хранить радиомолчание. И это правильно — на его линкор началась самая настоящая охота. Британские и американские крейсера — три тяжелых и два легких, как ошпаренные выскочили из Мурманска, и уже приближаются к Новой Земле. Конвой от берегов Исландии и Британии не отошел, зато два быстроходных линкора заторопились в Баренцево море. Авиация противника пока действует вяло, мешает погода, но завтра начнет активизировать вылеты. Так что его корабль могут обнаружить, и любое промедление означает смерть для германского отряда, ведь в одиночку «Кельн» просто не прорвется через крейсера англо-американцев, каждый из которых сильнее его. И самое страшное, так это американский линкор, который где-то поблизости. И пусть это тихоходный корабль, но во льдах скорости уравнены, оба идут очень медленно. А там русские ледоколы, они очищают проход, и этот отряд идет чуточку быстрее. Так что вполне возможно, что линкор зашел уже вперед к норд-весту, и где-то там уже терпеливо поджидает «Шарнхорст». Если второе столкновение произойдет во льдах, то янки просто утопят его флагман, но если будет полоса чистой воды, то удастся прорваться. Там, конечно придется схлестнуться с «вашингтонскими» крейсерами, одному против трех, но задача не такая и сложная — бортовой залп линкора в полтора раза больше чем у вражеской эскадры. К тому же вчера пришла радиограмма от генерал-адмирала Кюмметца — «Тирпиц», «Гнейзенау, 'Принц Ойген» и «Адмирал Хиппер» готовы выйти в море к нему на помощь, их будет сопровождать авианосец «Граф Цепеллин», для которого этот выход станет первым боевым походом…
В этой реальности в Германии спешно достроили авианосец «Граф Цепеллин», спущенный на воду еще в 1938 году. Вполне современный корабль, способный принять достаточно многочисленную авиагруппу из сорока двух самолетов — британские корабли данного типа по этому параметру его не превосходили. В конце войны недостроенный корабль был затоплен, но поднят и даже вошел в состав советского Балтийского флота в качестве мишени…
Глава 4
— Послезавтра линкоры «Объединенного Флота» начнут у островов сражение с «гэйдзинами». Думаю, адмирал Ямамото добьется победы, а иначе и быть не может. Лишь бы погода дала возможность поднять самолеты в воздух, да избежать бы торпед субмарин.
На последних словах голос командующего 1-м «мобильным флотом» Кидо Бутай вице-адмирала Одзавы чуть дрогнул — он, как и все японцы сильно устал в трехнедельном плавании в суровых северных водах, где прежде авианосцы с хризантемой на форштевне не то чтобы воевали, вообще не появлялись. А теперь сражение за Атту и Кыска приняло ожесточенный, невиданный характер. Русские и американцы высадили на главный остров не менее десяти тысяч солдат морской пехоты и горных стрелков — пятитысячный японский гарнизон полковника Ясуе Ямасаки бился отчаянно, но половина большого, почти в тысячу квадратных километров, острова была уже потеряна. Однако контролируя центр крупного в размерах Атту, японцы постоянно контратаковали врага, не давая закрепится на занятых плацдармах, к тому постоянно получая помощь от авианосной авиации. Да и подводные лодки время от времени высаживали по ночам небольшие подкрепления, и даже несколько раз эвакуировали раненых.