— Понял, — Данила приложил руку к груди. — Беру под ответственность.
Когда дверь за родными закрылась, в комнате стало странно тихо. Как будто выключили привычный фон.
Артём на секунду опустился на свою кровать. Матрас скрипнул, пружины отозвались.
— Ну, — Данила плюхнулся на соседнюю. — Поздравляю, товарищ по камере.
— Взаимно, — Артём огляделся. — И что дальше?
— Дальше, — сосед раскинул руки, — начинается то, что потом будешь вспоминать как «те самые годы». Хотя сначала они будут казаться просто хаосом. Смотри, — он ткнул пальцем по комнате. — Вот твой стол, вот моя территория, вот шкаф — пополам. Туда — вещи, сюда — еда. Вон там, у двери, — мини-словарь по мату, который тебе понадобится на лестничной клетке, а тут, — он постучал по батарее, — связь со всем этажом. В неё стучат, когда кто-то кого-то достал.
— Впечатляет, — сказал Артём. — А кухня где?
— На конце коридора, — Данила махнул рукой. — Там священное место. К кастрюлям относись с уважением. Иногда они исчезают при загадочных обстоятельствах. Никогда не оставляй ложку в кастрюле. И да, не верь тому, кто скажет «я только попробовать».
— Звучит, как будто ты через это уже проходил, — заметил Артём.
— Я через это живу второй год, — Данила усмехнулся. — Так что у тебя есть уникальный гид по миру борща, лапши и общажной политики.
— Общажной политики? — переспросил Артём.
— Конечно, — сосед поднялся. — Пошли. Пока народ не разошёлся, познакомлю тебя с ландшафтом.
Коридор был длинным, с дверями по обеим сторонам. Пол — линолеум с пятнами времени. За одними дверями грохотала музыка, кто-то уже включил колонки под что-то тяжёлое. Из других доносился смех, из третьих — спор о том, кто сегодня моет посуду.
— Комната 701, — Данила ткнул пальцем в дверь, где висела табличка с нарисованным маркером смайликом. — Здесь живут двое программистов. Если у тебя сломается ноут — выручат. Если у них сломается всё остальное — мы им чинить помогаем. В основном стол и стул.
— Понятно, — кивнул Артём.
— 703 — качки, — продолжил Данила, проходя дальше. — Там всегда кто-то отжимается, подтягивается и орёт, что «ещё один подход». С ними лучше дружить: помогут перетащить что-то тяжёлое. Но не спорь с ними о футболе. Это священная тема.
— Принято.
— 705 — теоретические отличники. Они учат всегда. Даже когда едят. Иногда, кажется, даже когда спят. Если надо конспект — стучись. Но готовься к лекции о морали.
— Звучит многообещающе.
— А вот, — Данила остановился у двери на конце коридора, — кухня.
Кухня была небольшая: четыре плиты, пара раковин, общий стол, несколько табуретов. На одной из плит кто-то уже варил макароны, из кастрюли поднимался пар. На другом конце стола сидели двое парней, резали колбасу и спорили, какую приправу добавлять.
— О, Панфёров, — один из них поднял голову. — Привёл новенького?
— Ага, — Данила хлопнул Артёма по плечу. — Это Артём. С села. Не глупый. Своих не сдаёт, врагов не боится, яйцо варить умеет. По крайней мере, говорит, что умеет.
— Здорово, — парень поднялся. Высокий, в очках, с хорошей улыбкой. — Я Ильдар. Это Ромка. Мы с пятого, но кухня у нас общая.
— Рад знакомству, — сказал Артём.
— Главное правило кухонного братства, — Рома поднял нож, на котором висел кусочек колбасы, — не воровать еду и не ломать плиту. Всё остальное — обговаривается.
— И ещё правило, — добавил Ильдар, — не оставлять за собой раскардаш. Тут люди живут, а не свинарник.
— Постараюсь, — кивнул Артём.
— Постараешься — мало, — фыркнул Рома. — Надо сделать. Но мы проверим.
— Они шутят, — шепнул Данила. — Почти.
Артём улыбнулся. Всё это было ново, шумно, немного напряжно, но по-своему интересно.
Когда они вернулись в комнату, Данила рухнул на свою кровать.
— Ну что, — сказал он. — Какие первые впечатления?
— Как будто меня запихнули в улей, — ответил Артём. — Шумно, тесно, но тепло.
— Привыкнешь, — Данила зевнул. — Через неделю тебя уже будет бесить тишина. Кстати, что за спецы у тебя? Какой факультет?
Артём назвал.
— О, серьёзно, — сосед присвистнул. — Я думал, ты на физрука пойдёшь.
— Почему это? — удивился он.
— Ну, ты такой, — Данила оглядел его. — Крепкий, плечи есть, в драку полезешь… стереотипы, знаешь.
— Спасибо за доверие, — Артём скривился. — Но мне больше схемы и железки нравятся.
— Железки — это хорошо, — Данила кивнул. — Будешь мне чинить розетки. Ладно, давай так. Сегодня вечером у нас на этаже сходка. Познакомишься с народом. Не переживай, пить тебя никто не заставит. Просто посидим, поболтаем.