– Вперед, на лестницу, – приказал Павел и добавил специально для изумленной до оторопи дежурной: – Брат мой. Это мы так шутим…
Двойник послушно шагнул на ступеньки. Произнес вполоборота:
– Если ты Головин, то пушку можешь убрать. Я пришел говорить, а не драться.
– Как узнал куда? – деловито осведомился Павел, стволом подталкивая гостя вверх.
– На аэродроме крутой самолет, слишком дорогой для местных. Эта гостиница ближайшая.
– Логично… Шагай, шагай. Второй этаж и налево…
Дорога вверх далась куда легче, чем вниз. Надо же, всего-то одна маленькая победа, а какое влияние на боевой дух!.. Ну и где, спрашивается, все твои предсказания, меченосец Марутта, без пяти минут творец?
– О, командир! – приветствовал Федор, едва двойник переступил порог. – Проходи, садись. Тут братья по разуму угощают!
– Чего? – не понял Павел, входя следом.
– Так это… – Федор сел. – А как же?..
– Сам пришел, – великодушно пояснил Павел.
– Интересно, – произнес Марутта. С удивлением он справился почти мгновенно и невозмутимо продолжил распаковывать сумки. В ручной клади гипербореев, оказывается, было не только железо. По комнате остро пахло морепродуктами. Очень вкусно пахло даже через упаковку – то ли пергамент, то ли папирус… Три полупрозрачные бутыли с темной жидкостью пока не пахли, но наводили на вполне понятные ассоциации.
– Я посчитал, что перед операцией воинам нужно восстановить силы, – сказал гиперборей. – Ну а раз операция, по сути, уже проведена…
Вместо окончания фразы он выставил еще одну бутыль.
– А стеречь его мы с Федором будем? – холодно осведомился Павел. – Убирай! Пьянки после победы!
После какой победы? Почему после победы, а не по возвращении в Москву, например?.. Ошарашенный собственными словами Павел так и не успел понять, откуда они взялись, потому что меченосец мягко сказал:
– Ты, кажется, не понял, это не алкоголь. Вернее, не только алкоголь. Настойка трав и экстракт из органов различных рыб – восстанавливает силы, ускоряет реакцию, пополняет энергетический баланс организма. Очень полезно для полета или боя. А прямое действие спиртовых фракций смеси проходит уже через четверть часа.
– У гипербореев? – уточнил Павел.
– У гуманоидов всех известных нам рас, – поправил меченосец. – Землянам пополнение баланса не грозит… Но в конце концов, это просто вкусно.
Павел оглядел воинов. Кто-то уже кромсал кинжалом рыбу и прочих морских гадов, не снимая упаковки. Кто-то срезал об меч пробки с бутылок и расставлял пластиковые одноразовые стаканчики.
– Я пришел говорить, – произнес двойник, опуская руки. – А говорить лучше всего за хорошей закуской. Располагает к общению.
Павел еще раз оглядел тесную комнату. На окнах решетки, четыре вооруженных гиперборея… Да никуда он не денется, в конце концов!
– Сядь к окну, – приказал он. – Марутта, двоих надо выставить перед дверью. Едят и особенно пьют пусть по очереди. С интервалом в пятнадцать минут.
Гиперборей согласно кивнул и сказал несколько слов по-своему.
Двое меченосцев тут же пододвинули к столу еще одну кушетку со стороны окна. Клон без всяких возражений продвинулся к указанному месту и уселся, нимало не беспокоясь о том, что лишается почти всякой свободы маневра.
Павел тоже сел – по другую сторону стола. Меченосец покидал на картонную тарелочку несколько кусков из разных упаковок, плеснул в стакан из бутылки и поставил все это рядом с «Гюрзой», которую Павел, демонстративно сняв с предохранителя, положил перед собой.
– Начинай вот с этого, – подсказал гиперборей. – Потом по кругу, вращая тарелку по часовой стрелке.
– Зараза! – высказался наконец Федор, не сводивший глаз с чужака. – Как же все-таки похож…
Павел раздраженно покосился на опера. Потом осторожно попробовал предложенное блюдо.
– Сразу запивай, – по-прежнему невозмутимо посоветовал меченосец, как будто совершенно забыв про клона. – Тогда жирный оттенок печени трески будет заглушен терпкостью медовика.
Павел послушался, стараясь делать не слишком большие глотки. Действительно, вкусно, черт! Остается только снисходительно выдавить, глядя на чужака, что-нибудь вроде: «Сдается мне, ты, мил-человек, мусорок…» Прямо как на «малине» у Горбатого ни дать ни взять.
– Ты, это… – буркнул Павел, опуская взгляд к тарелке. – Есть хочешь?
– Ужинал еще в Иркутске, – отозвался двойник. – В самолете не кормили.
Гиперборей кивнул одному из своих воинов, и тот моментально организовал еще одну тарелку со стаканом.
– Н-да… – произнес Федор. – Самое время потребовать сыграть «Мурку»?
Марутта удивленно уставился на землянина. Двойник же в отличие от меченосца понял мгновенно.
– Правильно, – согласился он. – Нам бы те заботы, что у Глеба с Володей…
Павел поперхнулся рыбой и закашлялся. Хотя чему удивляться? Сателлит, он ведь на то и сателлит, чтобы повторять оригинальный мир в большинстве деталей.
– Мы обыскивали самолет, – произнес он, восстановив способность дышать. – Тебя там не было.
– Обыскивали? – Клон удивленно поднял брови. – Ну да, у вас же эти штуки для замедления времени…
– Ускорения, – машинально поправил гиперборей.
– Неважно. В пилотской кабине смотрели?
Земляне молча переглянулись с меченосцами. И ведь даже посетовать не на кого! До осмотра пилотской кабины просто руки не дошли.
Павел рассеянно прожевал кусок. Легко шефу приказывать – самого-то хлебом не корми, дай развести врага на откровенность. Вот о чем сейчас надо говорить? Пытать клона, откуда тот явился? Как устроен его мир и чем он лучше земного? Требовать раскрыть зловещие планы колонизации Ствола вероятностей?
В робкой надежде он покосился на меченосца, но воин, похоже, не собирался участвовать в переговорах. Ей-богу, Павел обрадовался бы сейчас даже Градобору – у того хоть язык подвешен как надо…
Впрочем, можно поступить и проще.
– Ты хотел говорить, – напомнил Павел двойнику. – Приступай. Мы слушаем. А потом мы встанем из-за стола и полетим обратно в Москву.
Чужак с явным сомнением оглянулся на окно, за которым продолжал крупно валить снег. Но слова его оказались не о погоде.
– Мне нужна помощь, мужики. Вы это можете, я знаю – долго за вами следил. Сначала думал – врагами будем. А теперь выходит так, что и просить больше некого.
Павел уставился чужаку прямо в глаза. И встретил твердый, уверенный взгляд человека, хорошо знающего, что он может и чего хочет. А также – чего не может. Что ж, умно. Умно… Просьба о помощи расслабляет противника, убеждает его в собственном превосходстве, ставит как будто бы на ступеньку выше… И в то же время – ничего зазорного для просящего. Хороший способ завязать партнерство и даже примириться с не слишком идейным соперником.
– Ты вроде и сам парень не промах, – заметил Сергеев, устав ждать реакции от напарника. – Чего такого ты не можешь сделать без нас?
– Стать им. – Клон кивнул на Павла. – Мне сказали, что переговоры будут вести только с Головиным. А это… очень важные переговоры.
– Кто сказал? – продолжил допрос Федор, покосившись на тормозящего напарника. – Имя, фамилия, адрес?
– Я не знаю. Этот человек как-то вышел на меня сам.
– Когда и при каких обстоятельствах?
– Недели три назад он просто пришел ко мне в приют.
– Допустим… – Сергеев кивнул. – Ты хоть приметы запомнил?
– Погоди, Федя, – вмешался наконец Павел и снова посмотрел на двойника. – Ну пришел к тебе какой-то фраер, ну сказал… С какой стати ты ему поверил? Нашу-то группу вон как грамотно встретил – парни слова сказать не успели.
– Да. – Двойник кивнул. – Все правильно. Того я тоже пристрелить хотел. Но он знает много такого, чего не должен знать. Потому, в общем, и поверил…
– Что он знает? – снова не удержался Федор. И Павел молча присоединился к его вопросу.
Двойник не спешил отвечать. Он медленно отделил кусок на своей тарелке, прожевал. Запил глотком из стакана. Земляне и гипербореи ждали. Если двойник действительно собирался чего-то добиться от них – отмолчаться шансов у него не было.