Мы с Климом симпатизируем всему, что касается БДСМ. Многие из моих жёстких ограничений стали и его пределами. Например, он никогда не сделал бы ничего, что могло бы навсегда оставить шрамы или рубцы на моём теле. Или причинить такую боль, которая нанесёт непоправимый вред моему здоровью. Большинство наших дискуссий было сосредоточено на «обмене». Клим нашёл идею делиться мной невероятно эротичной. И должна признаться: всякий раз, когда я думаю об этом, моя киска превращается в неплотно закрытый кран.
Клима больше всего беспокоило то, что, если он когда-либо поделится мной, я могу поставить под сомнение глубину его любви. Меня же больше всего волновало, что, если он мной поделится, то может потерять уважение ко мне, зная, что другие мужчины используют меня, как им заблагорассудится.
Мы оба облегчали беспокойство друг друга. Будучи его сабмиссив, мне было волнительно и возбуждающе представить, что меня могут отдать в пользование другим. С другой стороны, я всегда понимала: Господин владеет мной. Он любит меня. Он хочет лишь поделиться со мной, но не отдать навсегда, поскольку это стало бы предательством. Я же в ответ полностью предана ему и как его жена, и как его покорная рабыня.
Глава 7
Анна
Мои колени ослабели. Дыши, Анна, дыши. Закружилась голова, но я собрала самообладание и сказала Господину, что готова. Он спросил ещё раз, желая убедиться, правильно ли его поняла, и я заверила его, что полностью согласна, безоговорочно.
Мой Мастер сказал, что моим первым заданием будет отсосать член смотрителя, чтобы потом он, когда вернусь домой, мог меня трахнуть. Да, я не ослышалась. Господин так и сказал тем самым голосом, который я никогда не смогу ослушаться: он желает поиметь меня со спермой смотрителя в моём животике! И чтобы обязательно это случилось до конца текущего месяца. Почему? Видимо, чтобы не было даже мысли затягивать.
Но смотритель здания?! Господин так пошутил?! Чёрт возьми, но почему этот невзрачный мужчина? Для чего было выбирать из всех парней, живущих и работающих в этом доме, — а строительных бригад здесь несколько, — именно того, кто чинит туалеты, укладывает плитку и прочее?
Это был лишь порыв. Единственный и нелепый. Хозяин сказал, мне следует выполнить, а не вдаваться в рассуждения. Таковы условия БДСМ-игры. Нарушать нельзя. Да и сама не хочу.
На следующий день я придумала, как лучше всего выполнить приказ Мастера. Мне пришлось быть осторожной, чтобы не вызвать подозрений у цели. Не хотела, чтобы Миша — его имя было знакомо мне благодаря бейджику — подумал, что я решила его подставить. Потому не могла просто подойти к нему и сказать: «Эй, не возражаешь, если я отсосу тебе член?» Он сразу напряжётся и даже испугается: приличная женщина, и вдруг такое! Ему наверняка может показаться, будто потом подам на него в суд за попытку изнасилования.
Нет-нет, всё должно выглядеть честно и реалистично. Для этого мне пришлось изобразить себя распутной штучкой, которая любит сосать какой-нибудь член на стороне. Что ж, отчасти это было правдой. Я хихикнула про себя.
В тот вечер мы были дома и смотрели фильм. Пришло время претворить мой план в жизнь или, по крайней мере, приступить к делу. Я оделась немного похотливо, немного небрежно: в узкую юбку и такую же узкую майку. Никакой бюстгальтер не добавил бы нужного эффекта, потому остался дома. Мои соски торчали сквозь тонкую ткань. Я не стала рассказывать Климу больше, чем нужно, зная, что так будет веселее. Он дал мне свободу делать всё ради выполнения его приказа. Ну, а раз так, то… победителей не судят. Я спустилась на лифте сразу после полуночи, надеясь, что Миша продолжает делать свою работу. Точно! Вот он. Я притворилась немного пьяной.
— Где бы не работать, лишь бы не работать или как? — спросила я смотрителя, немного невнятно произнося слова и широко улыбаясь.
— Ну, это лишь начальники могут себе такое позволить, — улыбнулся Михаил в ответ.
— А ты если не начальник, значит, хороший строитель?
— Думаю, что да, — с гордостью в голосе, но без бахвальства ответил парень. — Вот здесь, например, почти закончил. Надеюсь, сегодняшняя ночь будет последней на этом объекте, — заметил он.
— Хорошо кончает тот, кто кончает последним, верно?
Михаил пожал плечами. Я догадалась, что он не понял моей скабрёзной шутки или, может быть, его слишком отвлекла моя грудь. «Надеюсь на последнее», — подумала, заметив пару заинтересованных взглядов, которые смотритель бросил в район моего бюста. Не знаю ни одного мужчину, который бы не посмотрел на женскую грудь, обтянутую тканью, под которой не угадывается лифчик.