Самое ужасное, что я явственно ощущала не только сам полет, но и то, как я разбивалась об лежащие на дне обрыва камни. Я вздрагивала, ощущая последний стук своего сердца, а потом все повторялось снова.
Проснувшись утром, я чувствовала себя разбитой.
После того как меня разбудил будильник, позволила себе около десяти минут поваляться в постели, после чего отправилась в ванну, приводить себя в порядок.
— Ира, я принес тебе завтрак, — донеслось из комнаты. Надо же, Марат решил в очередной раз за мной поухаживать. Приятно.
Выйдя из ванной, позавтракала. В этот раз Марат, решив составить мне компанию, никуда не ушел. Сев в кресло, он то и дело поглядывал в мою сторону, неспешно попивая кофе.
— У тебя темные круги под глазами. — Вот спрашивается где его чувство такта? О том, что у меня круги, я прекрасно осведомлена, в зеркало смотрела и более того, я даже прибегла к помощи косметики, только вот и она не смогла мне помочь.
— Я знаю, — попыталась произнести как можно равнодушнее.
— Ты плохо спала?
— И что с того? — Ругаться не хотелось, но настроение было паршивое и если Марат не сменит тему, может нарваться на гневную отповедь.
— Может останешься сегодня дома, отлежишься?
— Для полного счастья мне только прогула на работе не хватает, — взяв вещи, направилась в ванну одеваться.
— Больничным я тебя обеспечу.
— Спасибо, Марат, я ценю твою помощь, заботу и поддержку, — остановившись в дверях, устремила взгляд на парня. — Только я лучше поработаю, я отвлекаюсь, помогая решать чужие вопросы, а здесь от постоянных мыслей, я с ума сойду.
— Раз так, то я тебя отвезу.
— Ирина Анатольевна, вы что-то неважно выглядите, — вот надо было мне в дверях столкнуться именно с Игнатом Эдуардовичем? — Заболели или плохо спали?
— У меня все хорошо, — вымученно улыбнувшись, поспешила в свой кабинет, спиной чувствуя на себе взгляд директора. А ведь он один из них или же купленный ими и еще неизвестно что хуже. Жаль, что я не могла его обвинить — слова без доказательств, это всего лишь домыслы.
Кто бы знал, как я устала от контроля, от постоянной слежки, даже находясь в ванной, я не была уверена в том, что за мной не наблюдают. Я выдохлась, еще немного и я сломаюсь, не выдержу. Меня планомерно уничтожали не физически, а морально. На меня давили, вталкивая в грязь, с каждым новым днем заставляя погружаться в нее все глубже и глубже. Мне рвали душу, играли чувствами, пренебрегали моими принципами. Про нервы я вообще молчу, они у меня находились на пределе, а еще постоянно мучило чувство вины.
Включив компьютер, попыталась разобраться с текущими делами, прием посетителей у меня по расписанию сегодня начинался только после обеда. День тянулся бесконечно долго. Никогда прежде стрелки часов не передвигались по циферблату так медленно, порой мне казалось, что они и вовсе остановились.
— Ира, — Выйдя из машины, Марат помахал мне букетом белоснежных лилий. — Привет. Ты, что такая печальная? На работе замучили?
— На работе все как всегда, — приняв букет, несколько раз вдохнула аромат цветов.
— Ир, температуры нет? Ты не заболела? — Марат прикоснулся к моему лбу. — Не надо мне было тебя сегодня отпускать на работу. Тебе надо было отлежаться, и сейчас бы ты выглядела свеженькой и отдохнувшей, а не представляла бы собой выжатый лимон.
— Спасибо, Марат, ты как никто другой умеешь делать комплименты и польстить женщине, — опустив цветы, обошла машину.
— Ир, не обижайся. Я лишь имел ввиду то, что ты устала и тебе необходим полноценный отдых. — Марат занял место водителя.
— Полноценно я смогу отдохнуть, только тогда, когда Антон будет дома и все это закончится.
— Они тебе сегодня уже звонили?
— Нет, но я уверенна в том, что в самое ближайшее время они мне позвонят.
— Если что, я с тобой. Ира, — Марат положил свою руку на мою, — ты меня слышишь?
— Слышу, — глядя невидящим взглядом в окно, я почему-то только сейчас поняла всю нелепость и бессмысленность происходящего. Меня не отпустят и не оставят в покое, до тех пор, пока не выжмут все соки, а во мне их почти не осталось. Зло порождает вокруг себя лишь зло, а я не хотела и не собиралась уподобляться бандитам. Из-за них мне уже пришлось не единожды перешагнуть закон, а ведь дальше будет только хуже.