Напрягла память, никаких выстрелов, я точно не слышала, а еще стал мучить вопрос: "Почему охранник истекал кровью"?
Фильм с моим участием закончился, а я все сидела и смотрела на голубой монитор. Марат оказался еще хуже, чем я предполагала. Имея данную запись, он мог меня посадить, причем я его обвинить не смогу, у меня в отличие от него нет никаких доказательств, а даже если бы и были, то он бы все равно бы откупился.
Звонок мобильника, привел в чувство.
— Как тебе кино? — поинтересовался Марат.
— Замечательное, — старалась говорить спокойно, чтобы Марат ни в коем случае не догадался о том, что я плакала.
— Спасибо, я старался. — Я явственно представила улыбающееся лицо Марата, по которому захотелось стукнуть.
— Зачем звонишь?
— Предупредить, что у тебя на размышление три дня, по истечении которых, диск с записью попадет в правоохранительные органы, а вместе с ним туда будут направленны и все потерпевшие. Как думаешь, сколько лет за совершенные преступления тебе придется провести за решеткой?
— Какая разница сколько? Я тебя услышала.
— Подожди Ирочка, не отключайся, я еще не закончил, — ну, да, зачем Марату сажать меня в тюрьму, если он ищет доступ к моему телу.
— Что еще? — голос прозвучал резко и грубо.
— Диск с записью можно выкупить, по одной ночи за каждый проступок и диск с записью твой, — слащаво промурлыкал Марат.
— А потом выяснится что дисков еще десятка два или три.
— Ирочка, ну зачем же так?
— А как? Я тебе не верю. В тебе нет ни честности, ни порядочности, так что забудь.
Не в силах больше разговаривать, прервала разговор. Во мне клокотала ненависть, злоба, а еще чесались руки что-нибудь разбить. Вновь зазвонил мобильный. Кто бы сомневался? Марат так просто меня не отпустит, теперь он из меня пока все соки не вытянет или же пока не сломает, не успокоится.
— Что тебе еще?
— Больше не отключайся так внезапно.
— А то что? — зло прошипела, в данную секунду я была готова убить Марата. — Сразу в полицию побежишь? Так беги, чего ждешь? Я хотя бы там от тебя отдохну. Достал уже.
Отключившись, швырнула телефон на стол. Когда же все это закончится. Текущие по щекам слезы, уже не вытирала. Я не знала что делать. Глупо было портить себе жизнь и садиться в тюрьму, а еще большей глупостью было соглашаться провести несколько ночей с Маратом.
Телефон пиликнул, сообщая о том, что пришло смс — потянулась посмотреть.
"У тебя три дня. Если надумаешь прийти раньше, то я возражать не стану и адрес и номер моего телефона ты знаешь. До встречи. Не сомневайся, она непременно состоится. Не захочешь прийти ко мне домой, встретимся в камере предварительного заключения. Я туда в день по несколько раз приходить смогу и даже отдельный кабинет нам организую, а если ты будешь себя плохо вести, то навещать тебя буду не один, а с друзьями. За деньги можно и не такое устроить. Это я к тому, чтобы ты глупостей не натворила и приняла единственное правильное решение. Позвоню через три дня".
Почувствовала, как затряслась нижняя губа. Все, это конец, Марат загнал меня в угол. Он не оставил мне ни единого шанса, разве, что удавиться. И снова звонок мобильного. Судя по мелодии, теперь общения требовала Маша.
— Да, — мне необходимо было кому-нибудь высказаться, поделиться свалившейся на меня неприятностью, а еще хотелось услышать совет.
— Ирина, ты плачешь?
— Реву в три ручья, — поднявшись со стула, прошлась по кабинету.
— Что-то случилось? — Машино беспокойство, пролилось бальзамом на сердце.
— Случилось, — не смогла удержать судорожный всхлип.
— Рассказывай, не томи. Может мне лучше приехать?
— Не надо. Марат выдвинул мне ультиматум либо я становлюсь его любовницей, либо он сделает все, чтобы меня посадили, — колени предательски дрогнули и я, опустившись на пол, облокотилась о спинку стола. Повсюду стояли цветы, благоухая ароматами, захотелось вышвырнуть их все в окно, только это ничего не изменит, да и цветы не виноваты.
— Ир, а что у него на тебя есть?
— Маша, Марат прислал мне диск с интереснейшим фильмом, где я главная участница. Представляешь, он все снимал. Маша, он видел, как мне было плохо, и все равно снимал. — Закрыв глаза, оперлась затылком о край стола. — Он уже тогда планировал шантажировать меня.