— Игнат Эдуардович, вы взрослый человек, раз не удается с женой договориться по-хорошему, действуйте через суд, вы как минимум имеете право на один день в неделю.
— Ира, я осведомлен о воскресных папах, но это не мой случай.
Мужчине было плохо, разговаривал он со мной нехотя, словно через силу, и еще неделю назад я бы не полезла к нему со своими вопросами, но сейчас, я отчетливо поняла, что Игнату Эдуардовичу надо выговориться и главное этот самый разговор начать.
Поднявшись с дивана, придвинула стул и, поставив его напротив мужчины села. Директор на мое передвижение никак не отреагировал.
— Расскажите мне, — мужчина сидел неподвижно, находясь в глубокой задумчивости, он словно и не слышал меня. — Игнат Эдуардович, — моя ладонь легла на его и мужчина тут же встрепенулся, словно пробудился от глубокого сна.
— Пока я здесь, по отчеству меня можно не называть. — Кто о чем…
— Хорошо, — уступила. — Игнат, расскажите мне, как вы дошли до таких отношений с женой.
— Ир, а оно тебе надо? — Серые глаза внимательно наблюдали за мной.
— Надо, — уверенно заявила, кивнув. — Поэтому не тяните, рассказывайте.
— Да рассказывать-то особо нечего, — внезапно пошел на попятную мужчина.
— Я жду, — моя ладонь сжала мужскую. Игнат Эдуардович взглянул на мою ладошку, а потом зажал ее между своими. Вырывать и освобождать руку не стала, приготовившись слушать.
— Хорошо, — обреченно произнес он, склоняя голову. — У нас с Татьяной случился стремительный и головокружительный роман. Я был очарован ее красотой, потом свадьба и рождение Софии, после чего Татьяну словно подменили. Она стала дерганая, капризная и совершенно не хотела заниматься ребенком. Я все ждал, когда же в ней проснутся материнские чувства, но так и не дождался.
— Вы сами ухаживали за девочкой? — Я, так же как и Игнат Эдуардович не спускала глаз с наших ладоней.
— Я работал, поэтому пришлось нанимать няню. Шли годы, я до последнего надеялся, что наша семейная жизнь рано или поздно наладится, но становилось только хуже. И вот однажды поняв, что разбитую чашку уже не склеишь, я подал на развод.
Рассказывая свою историю, Игнат Эдуардович стал осторожно поглаживать мои пальцы, а я старалась не шевелиться, чтобы не спугнуть рассказчика.
На суде Татьяна заявила, что по-прежнему любит меня и что ей не ясны и непонятны причины, заставившие меня подать на развод, возможно из-за этого нас не единожды пытались примирить, но потом все же развели и по закону я имею право в любое время видеться с дочерью, а по факту. — Теперь уже директор сгибал и разгибал мои пальцы, целиком и полностью сосредоточившись на этом занятии.
— И что же по факту? — спросила, поняв, что Игнат Эдуардович больше ничего не скажет.
— Ира, ей нужны только мои деньги, а так как я даже будучи директором получаю не так много, как ей хотелось бы, то видеться с дочерью она мне позволяет только в день моей зарплаты, когда я передаю ей деньги.
— А если отказать? — осторожно посоветовала.
— Она уже много раз грозилась уехать вместе с Софией в другой город и затеряться там вместе с ней. Ира, проблема в том, что я очень сильно люблю свою дочь, я обожаю ее, а Татьяна, зная мою слабость, пользуется ей. Я оказался слабым, я не могу ей противостоять, а еще я боюсь потерять дочь. Мне иногда даже снятся кошмары, в которых Татьяна увозит Софию, и мы с дочерью теряем друг друга.
— Игнат Эдуардович, хотите я вам помогу? — Судя по тому, что мне только что рассказал директор, его жена им манипулирует, давя на самое больное место. Мне бы с ней хотя бы разочек увидеться, для того чтобы составить о ней полную картину, но даже и без этого ясно, что чем сильнее Игнат Эдуардович пытается заполучить дочь, тем крепче Татьяна будет удерживать девочку возле себя. А вот если он сделает вид, что стал к Софии более равнодушен, и даже, к примеру, перенесет день встречи с ней…
— Думаешь получится?
— Предлагаю попытаться. Я-то вот тоже в вас не верила, думала, что мне невозможно помочь, а у нас тут вон какой спектакль разыгрывается.
— Ира, не преувеличивай, у меня одного ничего бы не получилось, — мои пальчики перестав сгибать вновь стали поглаживать.
— И все же если бы не вы, мне даже страшно представить, где бы я в данный момент находилась. Так что вы действительно помогли. Теперь моя очередь помочь вам, тем более что долг платежом красен.
— Даже не знаю, — в серых глазах, смотрящих на меня, я заметила грусть и сомнение.
— Доверьтесь мне и очень скоро ваша дочь будет жить с вами.
— Ира, — на лице директора промелькнула и погасла грустная улыбка. — Твои бы слова да Богу в уши.