— Допустим. Но с этим полиция справляется достаточно хорошо, давно не слышал ничего о реальных случаях, даже от знакомых.
—Они не подчинялись законам, отвергали моральные принципы и не уважали никого кроме себя. Они, как и ты, отклоняются от основного общественного курса, однако всё ещё полезны. Они поднимают экономику, устанавливают свои правила, производят, задают тенденции развития, изобретают, но по-своему. А бывает и помогают государству…
— Ну и к чему это всё?
—Я предлагаю тебе обмен. Ты должен: сходить к этим людям, и кое-что узнать, за это я отложу твой суд и приговор на месяц. Всё это время ты сможешь продолжить работать и вернуться домой. Что скажешь?
—А в чём подвох?— Настороженно посмотрел Афтерн, вскинув бровь и улыбнувшись.
—Ничего. Я считаю, что смогу переубедить тебя от оппозиционной позиции этим.
—Ну хорошо, по рукам. Только учти, у тебя не получится. — Оба мужчин улыбнулись и пожали руки друг другу.
Каждый остался при своём, и было интересно посмотреть, что будет дальше. Предложение было выгодным. Чарльз надеялся, что, спустившись к низам общества и поняв отчаянность и бренность идей оппозиции в последние годы жизни человечества, он осознает, что это не ведёт ни к чему и уведёт Афтерна с его талантом в бездну. Вински было важно сохранить Алексея таким как он есть, не для себя, ведь его послали специально за этим, а написанный на него донос был лишь объективной причиной для общественности. О настоящих мотивах говорить было нельзя.
Для Афтерна же была своя выгода. Он знал, что его переубедить невозможно, за долгие годы такие принципы стали частью его существа. А вот то, что он вернётся домой, может попробовать придумать новый план, точно сможет скоординировать работу Родиона и убедить его снова написать код. При этом сможет отлично позлорадствовать над Ричардом о том, что тот самый брат, которым он грозился самолично отпустил его гулять на свободе после его «существенных доказательств». Лишь от мыслей о том, какое же лицо будет у младшего Вински, когда Афтерн придёт на работу и снова будет им командовать, у Алексея появлялась перманентная улыбка и не уходящая радость с предвкушением. И сходить куда-то для этого не составляла никакого труда, чтобы ни случилось. Да и в конце концов он может вернуться домой.
—Но ты не расслабляйся Афтерн, я приду вечерком завтра и поподробнее расскажу о том, что ты должен сделать
—Ну, конечно, как скажете, инспектор. —Саркастично раскинул руки в стороны Алексей и улыбнулся, качнув голову
Афтерн смылся быстро как мог, не взирая на то что в участке остались его личные вещи, изъятые при обыске. Они для него не имели никакого значения. Чарльз Вински же остался в своём кабинете совершенно один.
Было тихо, так что можно было слышать стук собственного сердца. Внезапно ему позвонили. Это было начальство.
—Чарльз, ты закончил со своей теорией, всё проверил?
—Ещё нет, думаю задержусь на неделю-две. Я думаю, всё получится, у меня есть план.
—Ты настолько уверен в этом?
—Безусловно. — В ответ в трубке послышался тяжёлый вздох.
—Если тебе так хочется, то продлю твои командировочные до 2 недель. Больше не задерживайся. Ты знаешь, что будет если не выполнять указания МП.
—Да, я понимаю. — Потом молчание, и продолжалось оно ещё несколько секунд, что, казалось, тянулись дольше чем обычно. Чарльз решил сменить тему, ведь рабочие условности обговорены. — Как ты, Лола?
—Всё так же, да и что здесь может произойти. Занимаюсь проектом.
— Не знаю у меня здесь достаточно весело. Ещё и отца с братом навестил. — Начал про себя Вински, зная, что собеседница его не спросит. Однако продолжить разговор хотелось. И только он хотел начать новую тему как женщина на проводе резко сказала.