Да, сон придал мне сил. Но почему-то, на подходе к замку они стали стремительно таять. Даже аппетит не проснулся, а тело очень хотело ещё поспать. До своего стола в библиотеке я дошла по инерции и осознала, что ничего сегодня читать не стану. Сумка казалась почему-то очень тяжелой, перед глазами начало двоиться, резерв скатился в ноль и восстанавливаться не желал.
«Вот же чёрт! До общей гостиной не доберусь. Надо было сразу туда идти, теперь уже поздно». Я огляделась в поисках места для сна и, не мудрствуя лукаво, улеглась прямо на полу. В углу как раз была тень от стены и стеллажа, а в чёрной мантии меня не должны заметить случайные читатели.
«Пожалуйста, пусть так и будет», – попросила я высшие силы и отключилась.
Глава 29
Когда я очнулась, часы в библиотеке показывали 4 вечера. Самочувствие, в целом, было хорошим, только резерв никак не восстанавливался. Я пошла искать книги про магию стихий, побродила между стеллажей и, даже, что-то обнаружила. Но, когда я вернулась за стол и раскрыла книгу, голова сказала, что не желает включать извилины. В итоге мой взгляд скользил от строчки к строчке, но в сознании оставалось пусто.
– Две минуты.
Я вздрогнула, подняла голову и увидела Агату. Слизеринка сидела напротив и с усмешкой разглядывала меня.
– Я сижу и смотрю на тебя уже две минуты, а ты даже не замечаешь, – сказала девушка.
«На наблюдательности дебафф», – прокомментировал Голос.
Дурман в сознании несколько развелся, его прогнало удивление.
– Э-э-э-э а что тебе нужно? – спросила я, искренне не понимая, зачем она вообще тут взялась.
Змейка нахмурилась.
– Я просто хотела убедиться, что с тобой всё в порядке, – сказала девушка, доставая палочку.
Меня охватила паника, вспомнилась вчерашняя ночь и заклинание боли. Почему-то показалось, что сейчас снова будет долор. Сработал инстинкт, и голубой луч пролетел мимо, тогда как я уже была под столом.
– Это всего лишь чары диагностики, – недоумённо произнесла девушка, и в её голосе чувствовалась лёгкая обида.
– Да, я узнала, спасибо, – нервно ответила я из-под стола.
Послышался скрип отодвигаемого стула. Агата заглянула под стол, а потом и вовсе села прямо передо мной.
– Ты настолько плохо обо мне думаешь? – спросила волшебница с какой-то особой интонацией, и её взгляд вновь полыхнул.
– Я не думаю, мне страшно, – призналась я. Адреналин действительно гнал по венам кровь, сердце стучало как бешеное.
– Это только диагностика, – ещё раз попыталась объяснить волшебница.
– Ннненадо, – невнятно пробормотала я.
Слизеринка не дрогнула и не отступила. Она некоторое время всматривалась в выражение моего лица, и это постепенно успокаивало меня.
– Я не причиню тебе вреда. Лена, ты меня понимаешь?
И вроде бы я её услышала, но тут девушка положила руку мне на плечо. Я ойкнула и напряглась.
– Так, – голос девушки приобрел стальные ноты, – твои что, не подлечили тебя?
– Я сама отказалась, – признание легко слетело с губ.
– То есть? – волшебница нахмурилась.
– Я всё расскажу, если ты не будешь меня диагностировать, – предложила я.
Взгляд Агаты сделался очень подозрительным, но всё же девушка тяжело вздохнула, а потом сказала.
– Хорошо, не буду.
Мы вылезли из-под стола и уселись каждая на свой стул. Я посмотрела на волшебницу: она явно ждала объяснений.
– Я всем своим сказала, что мы вчера просто беседовали. И всё.
– И всё? – с сомнением уточнила змейка.
– Да, – подтвердила я. – А после разговоров обычно не лечатся.
– Хм, – слизеринка задумчиво провела рукой по подбородку. – Я, конечно, предполагала, что ты не станешь ныть и поливать нас грязью. Но мне казалось, ты расскажешь больше правды, – девушка взглянула на меня, словно надеялась обнаружить подтверждение своих слов. – Я даже ожидала от тебя чего-то в духе гриффиндора. Например: «я храбро сражалась, но они были сильнее».
– Ага, чтобы мне потом все уши прожужжали о «мерзких и ужасных слизеринцах»? Спасибо, я и так в курсе.