Тим с Шоном пару минут лежали молча, раздумывая об услышанном, и иногда с неприкрытым удивлением поглядывали на меня.
— Ник, что бы мы без тебя делали? — спросил Шон. Кроме Мел, мне подобный вопрос ещё никто не задавал. А что бы я делал без них? Теперь у нас с Мелоди появится надежда на лучшее будущее.
— Это ещё не всё. Если собрать все детали, то, получается, Николь стали сниться моменты из её прошлого, что и заметили смотрители. Они могли увеличить дозу сыворотки и ввести её внутривенно, если девушка отказалась её пить, — предположил я. Они оба уставились на меня, как на гения, хотя это Дэрок подтолкнул меня к таким размышлениям. Я уже стал отвыкать от любопытных и восхищающихся взглядов, но это другое… Я запомню сегодняшний вечер, потому что мы стали настоящими друзьями.
— Думаешь, у неё была стёрта память? — спросил Тим.
— Уверен, — ответил я и вспомнил, когда первый раз услышал о Николь, — она здесь из-за убийства. Ей точно стёрли память, чтобы она не представляла ни для кого угрозы. Я узнал об этом в тот день, когда брат сказал мне, где находится Мел.
Тим с Шоном переглянулись, как будто что-то негласно решили.
— Ты тоже должен знать правду, Николас Миллер, — снова улыбаясь, сказал Шон. Только теперь он улыбается мне как другу, как равному. До этого он, наверно, считал меня влюблённым безумцем. Я привык к такому мнению, Дэрок часто дарил мне жалостливую улыбку.
— Может, слышал о Билле Мэтью? — спросил у меня Тим. Шон предоставил ему возможность всё мне рассказать.
— Я многих знаю из «Идеала», особенно хорошо тех, кого видел в доме у родителей, но о Билле ничего не слышал, — ответил я. Парни, наверно, другого ответа и не ожидали.
— Неудивительно, он пару лет назад работал там ловцом, — продолжает Тим. Работал? Не думал, что так просто можно отказаться от «Идеала». Отец говорил, что можно выбрать свой путь до восемнадцати лет, но потом изменить решение нельзя. Слишком рискованно. Место в «Идеале» передаётся по наследству (связь необязательно должна быть кровной), но его можно купить. Для этого должны быть «свои люди» в корпорации и большая сумма на карточке, не считая высшего образования. Этот вариант сотрудничества с «Идеалом» крайне редок. — Он со скандалом ушёл из корпорации. Об этом умолчали и забыли, как страшный сон. Биллу втайне от него самого попытались стереть память, но он предполагал такой исход и заранее ввёл себе микрочип с противоположными функциями. В итоге учёные «Идеала» подумали, что Билла можно с лёгкостью отпустить в новую жизнь, но они ошиблись. Билл не забыл ни одного человека, которого пришлось до конца дней отправить в ЭО. Это он пару лет назад организовал Сопротивление, чтобы загладить свою вину.
Теперь моя очередь пребывать в шоке. Через какие мучения пришлось пройти этому парню? Не думал, что кому-то не нравится работать на «Идеал». Не считая Адама, но он хотя бы не рушит людям жизни, он обычный программист.
— Он всё ещё живёт в Префектуме? Сколько людей он смог собрать? Кто помог сделать вам микрочипы и идентификационные номера? — спросил я. Их черёд отвечать на вопросы, которые полились один за другим.
— Да, сейчас Билл работает менеджером в ресторане. Неплохое прикрытие. После работы поддерживает связь с каждым из нас, предоставляет новую информацию, и мы рассказываем ему о том, что узнали, — теперь говорит Шон, а я внимательно слушаю и удивляюсь, у нас не всё потеряно, — у него осталось несколько верных друзей в «Идеале», они помогают ему, если что-то понадобится. Они не уходят из корпорации, чтобы иметь доступ к системе, сам понимаешь, нужно делать подставные микрочипы и прочее. Тринадцать месяцев назад, когда мы с ним познакомились, в Сопротивлении было около ста человек. Мы не можем назвать точное количество из-за того, что не регистрируемся официально. Быть сопротивленцем равнозначно тому, что быть тенью. Сколько нас сейчас, даже не знаю, наверное, стало в несколько раз больше. Билл находит людей с таким же мнением, оказывается, их много в Префектуме, а мы нашли пока только Трис.
— Вы вчетвером давно знакомы? — спросил я.
— Да, мы учились вместе в универе. Никто из наших родителей не работает в «Идеале», поэтому нам не пришлось делать сложный выбор, как тебе или Биллу. Его родители тоже настаивали на выборе в пользу «Идеала». Билл, скрипя сердцем, согласился, не смог отказать больному раком отцу. После его смерти Билл понял, что так больше продолжаться не может. Он видел пустоту в глазах людей, попавших в ЭО, и решил уйти в отставку, чего бы ему это не стоило. Теперь он — глава Сопротивления, и делает всё возможное, чтобы спасти людей от предстоящих реформ «Идеала», которые не за горами.