-Ястреб, на тебе вертолёты,- отдал я приказ.- Глуши их "Агленем", так надёжнее будет. Стрелок и Бабай с "кордами" отстреливают америкосов. Гога и Вий, на вас беспрерывная долбёжка из подствольников. Я и Муслим с "драгунами" зайдём с тыла. Глухой, свяжись со штабом, доложи обстановку. И о том, что мы готовы начать бой. Через пять минут приступаем. Вопросы есть? Нет? Тогда по местам.
Никто не оспорил моё решение, хотя, и я это видел, не все его приняли. Мочить террористов - одно, а вот связываться с коммандос - совсем другое. Пропаганда делает своё чёрное дело. Во всех голливудских поделках штатовские солдаты выглядят непобедимыми суперменами, в одиночку, помните Рембо, уничтожают вражеские армии, не повредив причёску, не говоря уже о ранениях, или, не дай Бог, смерти. Невероятно, но в это верят, хотя подготовка у янки хуже некуда. У нас стройбатовец знает и умеет больше, нежели американские горе-воины, даже если вооружён одной лишь сапёрной лопаткой.
А янки красавцы, одним видом внушают.... В общем, внушают. Внешний облик идеального солдата, защитника. Уверенные, даже самоуверенные до наглости, но если присмотреться, сразу становится, заметен страх в глазах. Глубоко запрятанный, но всё же различимый. Вот что происходит с людьми, если переоценивать жизнь, не чужую, она ничего не стоит, особенно если эта жизнь не американца, но свою. Пословица: "Своя рубашка ближе к телу" вопреки расхожему мнению родилась не в России - в Штатах. Вся жизнь янки проходит под её руководством, поэтому они и затевают бесконечные войны. Япония, Корея, Вьетнам, Южный Китай, Лаос, Афганистан, Югославия, Ирак, остатки зубов на Иран точат.
Браво Ираку, четверть века америкосы пытаются поставить страну на колени, но облом-с. Чего только не используют, танки, авиацию, "точечные удары крылатыми ракетами", всё арабам побоку. Решили подключить давно испытанное оружие - пропаганду, мол, все, кто противостоит американцам - террористы и общественное мнение полностью солидарно. Идиоты! Раскройте пошире глаза, прочистите уши, подключите мозги, наконец. Какие, на фиг, террористы?! Борцы за свободу своей страны от американской оккупации, герои, наплевавшие на общественное мнение.
Но нет, весь чёртов мир развесил уши, вслушиваясь в штатовский бред. А ну-ка ответе мне, за какие грехи янки пытаются заочно осудить Саддама Хусейна? За то, что отказался лечь под Америку, снабжать её нефтью по бросовым ценам, заставить свой народ оплачивать роскошную жизнь зажиревших янки? Это у нас теперь считается преступлением? А за что убили Милошевича? Слишком много знал и мог рассказать. Неладно что-то в Датском королевстве, господа. Убийцы занимают судейские кресла и судят своих жертв. А мы молчим, привыкли, как телки идти на поводу у Запада. Что-то важное мы потеряли за время ельцинизма, что-то очень важное, без чего мы уже не мы. Слово русский перестало внушать уважение, превратилось в нарицательное.
Я, наконец, нашёл идеальное место для ведения стрельбы между двух отполированных дождями и ветрами валунов. Абсолютно невидим снизу, зато противник как на ладони. Я погладил старенький, но по прежнему надёжный "драгунов", пальцы легко проскользили по гладкому, как колено девушки, прикладу. Отличное оружие, любой бронежилет не помеха, а "СП-5" даже натовский пробивает насквозь. Янки покойники, сомнений нет, я уверен в победе на все сто, но всё равно мандражирую. В рукопашном бою америкосы полное дерьмо, убедился в этом на личном примере ещё там, в Югославии, а вот в огневой контакт вступать не доводилось. Хотя, по рассказам "афганцев", худших вояк в мире нет, но не это меня пугает. Бой, который начнётся через несколько минут, станет вызовом всему миру, и только Господь Бог знает, к каким последствиям он приведёт, но я принял решение и отступать не намерен.
Ожил переговорник.
-Командир!- врезался в ухо встревоженный голос Глухого.- Получен приказ из штаба в бой не вступать. Отойти к границе, там нас встретит "вертушка". Повторено дважды.
Чёрт, опять бежим, поджав хвост! Когда же это кончится, когда мы наберёмся смелости на адекватный ответ. Янки топчут нас ногами, а мы только улыбаемся и просим повторить. Я уже начинаю стыдиться того, что родился русским. Где те времена, когда американцам за подобные поступки без колебаний вышибли мозги, потому что такое оскорбление смывается только кровью. Ещё четверть века назад янки подобную выходку не могли себе позволить, зарываясь от страха лицом в подушку при упоминании о Союзе.
-Что будем делать, Корнет?- задал вопрос Муслим.
Я задумался. Хороший вопрос, извечный. Отступить? Чёрта с два, я остаюсь, а там хоть трава не расти. Мои размышления прервал многократно усиленный мегафоном голос:
-Русские солдаты, вы получили приказ! Выполняйте его, иначе мы обвиним вас в нарушении государственной границы независимой Грузии. Мы не хотим причинить вам вред, Америка не враждует с Россией, но если через пять минут вы не уйдёте, наше правительство выдвинет санкции против вашей страны. Уходите!
Ух, ты, прям как фашисты. Чаша моего терпения не просто переполнилась, она треснула. Теперь я точно не уйду, даже если приказ отдаст верховный главнокомандующий. Плевать на последствия, никто ничего нам сделать не сможет. Россия не Украина и не Грузия, пусть только сунутся, порвём, опыт имеется. Но за ребят я решать не могу. Нарушив приказ, мы рискуем не только карьерой, но и свободой, а у Гоги дети, у Бабая жена на сносях. Я просто не имею права подводить их под монастырь.
-Парни, вы всё сами слышали,- обратился я к бойцам через переговорник.- Я не могу вам приказывать. Решайте сами, остаться или уйти. В любом случае, всю ответственность беру на себя.
Молчание длилось всего секунду, но она показалась мне растянутой на десятилетия.
-Не валяй дурака, Яр,- ответил за всех Муслим.- Куда ты, туда и мы. Дадим янки бой, пусть вкусят нашего угощения. Выступим в роли тапка для тараканов. Пусть, сволочи, знают, что жива ещё Россия.
-Отлично! Действуем по ранее разработанному плану. Ястреб, тебе открывать бал. "Апачи" стоят рядом, так что одним выстрелом двух птах. Остальные вступают в игру после первого взрыва. Начинаем!
И потянулись долгие секунды ожидания. Натовцы и "черти", уверенные, что мы ушли, расслабились, вольготно расположились на складных стульях и приступили к трапезе. Что ж, приятного аппетита.
"Аглень" шумное оружие, при выстреле ревёт как "Катюша". Один вертолёт расцвёл огромным огненным цветком, осколки разлетелись в разные стороны, поразили вторую машину и нескольких солдат противника. Ужасная паника воцарилась в ущелье. Люди бегали, громко крича, в поисках оружия, искали укрытия за камнями, но тщетно. "Корды" разносили камни в клочья, а заодно и спрятавшихся за ними врагов. Тех, кто оставался на открытом месте, снимали мы с Муслимом. Лишь кавказцы попытались дать отпор, натовцы же впали в истерику.
Мне сквозь прицел удалось разглядеть одного. Совсем мальчишка, лет восемнадцать-двадцать, сидит на земле, даже не пытаясь поднять валяющееся рядом оружие. Грязными кулаками размазывает по лицу слёзы ужаса. Да, не этого он ожидал от командировки. Видимо командование расписало в ярких красках, как они одним только грозным видом разгонят трусливых русских, а затем герои вернутся домой, где им воздадут заслуженные почести. Лично президент вручит каждому по "Серебряной звезде" и до конца жизни они будут пользоваться уважением сограждан. А вместо этого взрывы, выстрелы, кровь, смерть. Да, дружок, это война, здесь не только другие, но и ты можешь умереть. С какой-то брезгливой жалостью я всадил ему пулю в лоб. Тело юноши упало на спину, совершило несколько судорожных движений и навеки застыло. Жестокий век, жестокая жизнь. Глупо.