Переглянулись.
Кивнули друг другу.
Направились к следам нашего сражения.
Глава 18. 76
«Неудача в добыче — это не поражение.
Это первый шаг к будущей победе.»
Дисан Неистовый
Оглядывая результаты побоища, оставалось только диву даваться, как мы вообще живы-то остались. Нет, так-то понятно — благодаря непреложной силе гравитации и глоткам спасительной воды. Первая уничтожила добрую половину воинства противника, вторая быстро залечивала получаемые нами раны, позволяя продолжать биться.
В первый заход просто прошлись среди тел, пытаясь понять, можно ли что-то с них полезное и ценное добыть. Увы, толковых идей не возникло, кроме как начать их разделку в поисках Ядер. Хоть нож для разделки был у нас один, но участие успели принять оба. Сперва один таскал туши ко второму, затем сменились. И насколько ж это грязное занятие! И вонючее. Теперь от нас смердело не только рыбой, но ещё и паучьей слизью. Наверное, таким амбре сейчас на месте убили бы вообще любых встречных, в том числе и напавших тварей. Причём даже без боя, а просто чуть поуклоняясь от атак.
К сожалению, Удача на сей раз не улыбнулась нам. Под конец разделка шла уже на чистом упрямстве, энтузиазм и предвкушение добычи совсем иссякли. И если начинали мы с самых крупных особей, то затем под нож попали вообще все твари, даже те, что самоубились… В итоге та синяя жемчужина так и продолжила быть нашим единственным сокровищем. Расстроены ли мы были? Ещё как! Ведь даже надежда на добычу оказалась тщетна. А у меня она так и вовсе накладывалась на чувство стыда, как на втравившего в эту дурнопахнущую историю. Вместо бережливости одни только убытки принёс команде. Плюс усталость и слабость пострадавших тел, что никак не желала пока что покидать их.
Грустно и точка.
Пару раз приходила мысль как-то лапы паучьи использовать — всё-таки острые и твёрдые, вон даже проткнуть нас смогли. Но как возникала, так и исчезала — негде и не на чем. С хитином тоже облом вышел. Вроде и крепкий, вроде и можно бы как замену утерянной рыбьей броне приспособить, но нет — способ его выделки у нас отсутствовал.
Часа за полтора закончили со всеми Зверями. После чего лишь разочарованно оглядели сложенную кучу тушек, что выросла вровень с местным одноэтажным домиком, да направились к одной из многоэтажек, что приметили ранее.
Выбрали для осмотра трёхэтажное. На первый взгляд снаружи ничем особым не отличалось от своих соседей — нашего убежища и его близнеца. Такая же откатная дверь, такой же материал стен, такое же отсутствие полноценных окон. Так что и на второй взгляд всё то же самое, только и разницы, что размеры увеличены — длиннее, выше, шире, да номер, конечно, другой — «76». Странная какая-то нумерация у местных, не бьётся она с предыдущими номерами. И жаль, что столь высокое здание находилось слишком далеко от той комнаты-обрыва, где вынуждены были придумывать способ спуска. А может, и наоборот хорошо — где гарантия, что я не задумал бы прыгать в его сторону? И ладно бы сам, так ещё и Микта мог уговорить на очередную авантюру.
Пока я разглядывал строение, Светлый меж тем уже открыл-откатил дверь и заглядывал внутрь, интенсивно махая рукой, подзывая. Так что, завершив наружный осмотр здания, присоединился к нему. И теперь тоже с интересом уставился на внутреннее убранство. Если бы мне в свою очередь было кого позвать, то тоже бы призывно махал рукой. Интерьер здания настолько отличался от нашего укрытия, что не удержался, поддался внутреннему демону и отвесил лёгкий подзатыльник Микту, комментируя:
— Балбес всё же не я, а ты, Микт.
В ответ сперва раздалось «ай», а затем:
— Хотел бы возразить, но не могу не признать твою правоту…
И так реагировать причина у нас имелась. Здание внутри оказалось не пустым, не голые стены-пол, как в нашем. Конечно, разнообразием не блистало, но всё же. Напротив входа у стены располагалась винтовая лестница, ведущая наверх. Сам вход, к слову, находился в правом углу здания. И всё пространство слева от него было заставлено местной мебелью. Каменной. Массивной. В центре — шесть столов, стоящие в два ряда по три, с лавками по бокам. И что лавки, что столы настолько широки, что можно было бы на них легко уместиться для сна и отдыха. А на столешнице таких, как я, и вовсе штук пять могло спокойно улечься.
С чего же реагировать тогда так? Перин, одеял нет же внутри, так почему? А потому, что пол в убежище всё же далёк от теплоты и уюта, и пусть Микт подложил под нас рюкзаки, но на лавке или столах всё комфортнее было бы организму лечиться и восстанавливаться. Не приходилось бы часть драгоценных ресурсов тратить на согрев себя же. Так и после вести́ что разговор, что приём пищи, сидя как цивилизованные люди, всяко приятнее. Банальное невезение. Вот что стоило убранству каменному оказаться в том доме? Или самому дому оказаться ближайшим к месту сражения…