— Вау! — как не восхититься-то?
Ведь артефакт в пылу сражения по-настоящему может смертельно удивить противника. Да будь у нас подобное в сражении, то те твари, засевшие наверху, просто упали и разбились бы! Хотя, есть ещё важный момент, который и уточнил:
— А расстояние действия?
— Тут уже не настолько всё шикарно. Максимум — около четырёх метров, и тоже зависит от врага, — загрустил Светлый.
— Не-не-не, ты не прав! Единственный минус, который есть — это отсутствие у нас Ядер для зарядки, — ободрил товарища, после предложил: — Сколько там зарядов сейчас, получается?
— По одному на каждом.
— Недурно! Но всё одно — пользовать с умом надо, пока не решим проблему своего нищебродства.
— Ага, так что будет оружием последнего шанса, — озвучил своё решение Микт.
— Славно придумано, — похвалил его и предложил: — Идём дальше?
— Идём!
Вот теперь уже просто шли, не отвлекаясь на исследования. Оба получили интересные плюшки, а гневить богов бо́льшей жадностью не стали — ещё за прошлое не заплатили.
Шли, чтоб в какой-то момент, увидев очередную скамеечно-фонтанную композицию в середине улицы, не решить сделать привал — ноги гудели зверски.
И стоило лишь присесть, как вновь раздался рёв!
Только вот в сей раз оказался он совершенно иным. Сперва уже рефлекторно замерли, а после удивлённо переглянулись с Миктланом — эффекта привычного он не нёс. И звучал гораздо, гораздо тише, словно где-то в отдалении.
— Везде обман, однако! — произнёс я, глядя в сторону, куда держали путь, откуда и доносился новый рёв.
— Думаю, нам надо… — начал было Миктлан.
Я же бесцеремонно прервал его, вскакивая на ноги:
— Нам надо туда, ты совершенно прав! — и рванул в ту сторону, слыша за спиной проклятия и топот Светлого.
Пока бежали, звук то стихал, то раздавался с новой силой. И постепенно становилось понятно, что это даже не рёв, а скорее рык.
Он и в первый раз он казался странным, а все последующие лишь утвердили в одном предположении.
Звук издавал никак не зверь!
Конечно, я не так много в своей жизни сталкивался с звериными звуковыми эффектами, но всё же какое-то представление имелось, и слышимое никак не походило на них, что становилось ещё одной причиной торопиться.
Повезло, что бежать пришлось не очень долго — от силы пару минут, но выложились при том не хуже Адской Гончей, и оказались на месте.
Почти.
Потому как источник находился, если по прямой, то рукой подать, а если не рукой — то Предел знает, сколько до него. Выскочили мы на открытое пространство, но разделённое на две части чёрным провалом, словно здесь треснул мир напополам — до противоположной его стороны все метров тридцать, если не больше. И это если по прямой.
При взгляде налево края пропасти совсем не видать, терялась она во тьме, а вот справа в полумраке угадывались очертания зданий, подступавших к самому краю.
А прямо за провалом кипела битва. До боли похожая на ту, что недавно приключилась у нас. Там полчища пауков атаковали две с трудом различимые на таком расстоянии и при тусклом освещении фигуры. И стоило только их силуэты разглядеть, мелькавшие средь тварей, как вновь от них же раздался тот рык ярости, столь внезапно призвавший нас.
Переглянулись.
Кивнули друг другу.
Направились со всей возможной скоростью на противоположную сторону через правый обход.
* Адская Гончая: https://author.today/reader/433488/4310580
Глава 22. Слово
«Не завидуй чужим граблям — ты не знаешь, сколько крови их владелец пролил,
прежде чем научился на них наступать.»
Родимус Беспечный
И как ни старались побыстрее добраться на противоположную сторону, но путь оказался излишне извилист и тернист — в паре мест пропасть настолько близко подбиралась к стенам зданий, что будь мы чуть крупнее по комплекции, то не прошли бы никак. Только если возвращаться на квартал назад и делать бо́льший круг. Но время подобную рокировку выполнить никак не позволило бы — чем скорее окажемся на той стороне, тем быстрее сможем помочь неизвестным в неравном бою с ордой нечисти.
В итоге же, как ни старались, а добрых минут десять убить на преодоление неожиданного препятствия пришлось. Но всё получилось, преодолели. Правда, успели уже не к самому бою, лишь к его затухающим отголоскам. А он и впрямь вышел неравным. Паучки нарвались совершенно не на того противника — всю их орду размазало, перемололо и распотрошило в труху.