— Ты не сможешь вспомнить, — проговорил Пабло, — даже и не пытайся. В твоем разуме эта информация прячется в самых глубоких подвалах подсознания. Вернее, вспомнить ты сможешь, но обратить воспоминание в узнаваемые образы, а затем и в удобопонятные слова у тебя никогда не получится. И это хорошо. Тебе, в принципе, лучше даже не пытаться… Влияние уже никак не вытравить, в любом случае. Рефлексы, выработанные за время обращения в адепты, должны были закрепиться в твоем мозгу. Наверняка после своего пробуждения ты неожиданно заметил, что обучен различным навыкам, неизвестным тебе до этого. Главным образом, связанным с методами и приемами умерщвления других живых существ.
— Да. В точности так, — полностью согласился я. — Но, прежде чем понять, что к чему, мне пришлось прикончить не один десяток мутантов, и первых из них я убивал в буквальном смысле голыми руками.
— А что было с первыми людьми, которых ты встретил? — снова поинтересовался ученик Вождя, выискивая, по-видимому, в моем рассказе какую-то свою логику, и я старательно принялся вспоминать тот период прошлого, который уже не хоронился в глубинах подвалов памяти.
— Я ухитрился выбраться из Вегаса, переполненного мутантами и одержимыми-зомби. Да, я там вдоволь успел наудивляться, как ты говоришь, своим новым навыкам… но мне не повезло, ни одного нормального живого человека не встретил. Дальше я подался на юг. Счет времени мной был потерян, и я даже не догадывался, насколько долго пробыл тем, о ком не могу восстановить память. Поэтому, наткнувшись по дороге на шайку охотников за глазами мутантов, я рассказал все, как есть. В ответ они сообщили, что с той страшной ночи прошло уже шесть лет. За эти годы вокруг американского Ареала нормальные люди построили настоящий защитный периметр, через который мне без спецпропуска не удастся пройти. Затем парни напоили меня горячим кофе, посовещались, пока я жадно пил обжигающий напиток, вспоминая позабытый вкус, и после совещания заявили, что я, по их единогласному мнению, однозначно мутант. Поэтому мне придется вырезать глаза.
Волонтеров кампании по истреблению выродков было пятеро. Приговорив меня, повели они себя нагло, и от осознания собственных безнаказанности и вседозволенности им сделалось очень весело. Но я прикинул, что с глазами в глазницах, а не в контейнере, буду выглядеть посимпатичнее, поэтому, допив кофе до дна, сам вырезал всех к чертям свинячьим. Один, правда, успел ранить меня в ногу, но рана оказалась несерьезной, так что, в общем, для меня в тот раз все обошлось, можно сказать, вполне удачно. В результате посиделок с кофе и резней я стал владельцем кучи снаряжения, запаса провизии и солидной суммы денег. С этого, собственно, и началась моя сталкерская жизнь.
— Сталкером ты стал не самостоятельно, — неожиданно возразил Пабло, — тебя кто-то обучил этому ремеслу.
— От вас, шаманов индейских, ничего не скроешь! — улыбнулся я впервые на этой крыше негрустно. — Меня действительно подобрал один матерый бродяга. Он и обучил меня, как ты говоришь, этому ремеслу. Его называли Рыжий Олень, не слыхал о таком? Тоже метис, как и ты, смесь испанской и индейской кровей. Он был местный уроженец и хаживал в отчужденку еще до того, как появился нынешний большой Ареал… Потомственный сталкер, можно сказать, у него с рождения не было выбора.
— Нет, никогда не слышал о таком, а что с ним сталось?
— Ареал забрал его, что же еще со сталкером в итоге может статься? Но все это уже другая история, при случае, может быть, я и расскажу ее тебе… А теперь открой мне, зачем ТЫ здесь? — неожиданно спросил я Пабло, с нажимом акцентируя на предпоследнем слове.
— Потому что это — мой путь, — уверенно ответил ученик Вождя. — У меня выбора тоже нет.
— Ты мне голову не морочь, ладно? — обрезал я его. — С одной стороны, ты ведь не мутант, но обладаешь сверхвозможностями, я чувствую твою Силу. С другой стороны, в Ареале ты никогда прежде не бывал, и это тоже очевидно. Это твоя первая ходка. В первый раз идти в Ареал всем страшно, даже ветеранам локальных войн и кровожадным бандитам, а ты не боишься и ведешь себя слишком уверенно. Значит, у тебя есть тайные способности, о которых не распространяешься. Вот я и спрашиваю, кто ты и зачем здесь?