— Брось, пустое. Похоже, сбегать — наше семейное кредо.
Тарон откупорил бутылку и разлил вино по хрустальным бокалам.
— У тебя-то как дела?
— Нормально. Скитался тридцать оборотов туда-сюда. Потом познакомился с главой семьи Лоу. Он взял меня под крыло и всему обучил. Женился на его дочери, Скаре. Сейчас живём с моей семьёй в степи и занимаемся луками. Вот, смотри, наша работа.
Сагард достал из-за спины длинный точёный лук с гербом семьи Ота.
— Вот это вещь! — Тарон присвистнул.
— Стреляет на пятьсот ари. Если, конечно, силёнок хватит натянуть, — ухмыльнулся Сагард.
— Слушай, мы, конечно, сейчас нищие. Но на такое не поскупимся. Отложи пару десятков для моего гарнизона. Буду очень признателен.
— Наши луки — штучный товар. И стоят, мягко говоря, недёшево. Продаём по шестьсот ро. Но для тебя постараюсь приготовить штук пять. Больше не сможем. И платить не нужно, это меня оскорбит.
— Шестьсот ро? Серьёзно? Вы из алмазов их делаете, что ли?
— Не из алмазов. Из сеттидской ивы, которую пропитывают специальным раствором. На каждый лук уходит по пол оборота. Много возни в процессе изготовления, но луки того стоят.
— Ладно, с этим понятно. Скажи, зачем ты приехал. Явно же не про луки поболтать?
— Не про луки, — задумчиво произнёс Сагард, — у тебя есть где пройтись?
— А то, — улыбнулся Тарон.
Братья спустились на первый этаж и вышли в заднюю дверь. За дворцом был разбит большой ухоженный парк.
— Ого, какая жемчужина в твоём пыльном Мэлсуине! — воскликнул Сагард.
— Вера очень любила его. Ты же помнишь, как она целыми днями возилась с растениями. Здесь я чувствую, что она рядом. Поэтому приказал выписать лучшего садовника, и не жалею денег на поддержание сада именно в таком виде, каким он остался после её ухода.
— Понимаю. Эх…
— Ну, давай уже, рассказывай.
Тарон с нежностью провёл рукой по листьям аккуратно выстриженного лаврового куста.
— Алсины совершенно потеряли берега. Я терпел, когда к нам приходили проповедники пути Ин. Терпел, когда они устраивали собрания в наших шатрах. Но этого им показалось мало. Мой внук, Рина, по собственной воле бросил семью и сбежал в Таин. А это уже ни в какие ворота не лезет. Я не могу просто смотреть и терпеть такие оскорбления и унижения. Надо что-то предпринимать. Ваннора, наша шаманка, общалась с Духом. Он поведал, что неверных необходимо наказать мечом и луком. Не могу понять, как поступить. Нужен твой совет.
Тарон задумался. На можжевеловый куст села крохотная пёстрая горихвостка и с интересом наблюдала за собеседниками.
— Алсины действительно зарвались. Эта зараза теперь и здесь, в Мэлсуине. Мы мало на что можем повлиять в этой жизни. Я не смог остановить брата, когда он уходил. Не смог сдержать убегающего сына. Не смог предотвратить сгорание любимой жены. Но мы можем повлиять на неверных. Ты, конечно, думай ещё. Но знай, если решишься — поддержу тебя всецело. Можешь рассчитывать на сто обученных воинов.
— Благодарю, брат. Надеюсь, твоя помощь не потребуется. Но всё равно спасибо за ответ.
Тарон провёл Сагарда в центральную часть сада.
— Вот, единственный рабочий фонтан в Мэлсуине. Вода питьевая.
Набрал в ладонь воду и с удовольствием отхлебнул.
— Спасибо, Вера, — обратился он в пространство.
И словно в ответ на обращение, на плечо Тарона села белоснежная бабочка.
Сагард последовал его примеру.
— Скажи, а глиняные изделия разве не приносят городу деньги?
— Глиной полностью руководил отец. Это ремесло как-то прошло мимо меня. Я сейчас уже не в состоянии наладить работу в мастерских. Нужны специалисты.
— А вот с этим, думаю, я смогу помочь. Моя дочь, Фиока, вышла замуж за члена семьи Зем. Они как раз отличные мастера по глине. Могу поговорить с главой.
— Хм, а это может быть интересно. Давай я пока подумаю. Уже темнеет. Помнишь наш любимый томлёный картофель с розмарином? Так вот, я мучил кухарку два оборота, чтобы научилась его правильно готовить. Пойдём, думаю, ужин уже готов.
Спать под дождём, скажу я вам, — то ещё удовольствие. Хоть мои спутники и натянули импровизированные дождевики в качестве тентов, от сырости и промозглости это нисколько не спасло. Здешнее солнце ещё просыпалось, а сна уже было ни в одном глазу. Вот зачем, скажите, люди на Земле по собственной инициативе отправляются в многодневные походы? Сырость, грязь, неудобство. Ни горячей еды, ни помыться толком и, главное, — не понежиться в мягкой постели. Тьфу на этих туристов.
— Не спиться, неженка? — с ухмылкой спросила Кили.