— Иван. Я уверен, что ты поступишь правильно. Помни о своём испытании. Чувствую, что именно сегодня тебе придётся принять то самое судьбоносное решение. В твоих руках, без преувеличения, — наше будущее. И я рад, что такая ответственность выпала именно тебе. Уже сейчас ты стал настоящим алсином — одним из нас. Будь начеку. Как бы тебя ни убеждали, не верь на слово, взвешивай всё, что тебе говорят. А теперь пройдись, а лучше — прокатись на коне вдоль реки. Свежая голова будет крайне полезна.
Вся компания, откланявшись, спешно удалилась. Я рассеянно вышел из домика. Тёплый ветер с привкусом ночной прохлады приятно обдувал лицо. На улице оказалось непривычно людно. С востока тянулись жители близлежащих хуторов, сопровождая нагруженные телеги. От них сквозило такой горькой обречённостью, что меня всего сжало. Подошёл к старику, который еле волочил ноги, опираясь на кривую палку:
— Что там?
Тот, вздохнув, показал:
— Стирание. Уже рядом. Завтра поглотит Эльтаин.
Так, ясно, пора действовать. Времени совсем не осталось. Я побежал по дороге к южным конюшням. Миа последовательно выедал корм из поилки, а, завидев меня, заржал, выражая полную боевую готовность.
— Привет, дружище! Прокатимся?
Конь ткнулся мне вбок, как бы намекая.
— Да-да, конечно, держи.
Я скормил ему целую горсть грушевых цукатов, потом запрыгнул на спину и поскакал галопом вдоль реки. Сердце громко билось в преддверии совета. Оно никогда не вело себя так буйно, даже перед экзаменом по сопромату в институте. Мы слились в Миа одно парящее целое, рассекая стоячий воздух и пригибая к земле сочные зелёные травинки. Андроид, по своему обыкновению, вылез из кустов через пару километров южнее Эльтаина. Я без разговоров спешился, привязал бесхвостого друга к дереву, ослабив верёвку, чтобы он мог свободно пастись вокруг. Флаер взмыл над дорогой, превратив речку в узкую тёмно-синюю линию. Я так и не смог унять дрожи в руках, когда мы подлетели к орбитальной станции. В этот раз андроид высадил нас не в большом модифицируемом пространстве, а в обычном, с виду, доке. Хотя о чём я? Как может быть обычным док на космической станции?
Олег провёл меня через череду тоннелей с раздвижными дверьми и оставил в небольшой комнатке с белыми стенами и большим окном с видом на планету Ин. Я ухватил его за рукав дорогого пиджака, пристально посмотрел в глаза и спросил:
— Мы где сейчас? Получается, на станции не только модифицируемые пространства, а есть и обычные каюты?
— Получается так, — неопределённо пробурчал он и скрылся за дверью.
Уютных велюровых кресел в каюте не было, только пара пластиковых стульев с низкими спинками и стол. Какая-то больница, получается. Я присел на ближайший стул и стал ждать, прокручивая в голове наставления Трунгха и Арманта. Хм, не очень-то удобно.
Бесшумно отворилась дверь.
«Недолго пришлось ждать», — подумал я и сразу осёкся.
В комнату вошёл типичный земной уборщик с каталкой, к которой были прикреплены швабра, половая тряпка и стойка с моющими средствами.
— Э-м-м.
— Здравствуйте, я немного приберусь, — пробормотал уборщик на чистом русском, достал швабру и принялся усердно намывать пол.
— А разве кеттанцы не должны использовать для такой работы роботов?
— Используют. Знаете, у меня такое хобби. Иногда хочется оторваться от утомительных исследований и что-нибудь отдраить, — он, словно подтверждая свои слова, достал пластиковую банку с порошком, высыпал немного в воду и стал тщательно размешивать деревянной ручкой от половой тряпки.
Я совсем потерялся и внимательно осмотрел нежданного посетителя. А жизнь его определённо помотала. Щёки под чересчур высокими скулами настолько провалились внутрь, что их практически не было видно.
— А что, нет более технологичных средств для мытья? Ну там роботы-пылесосы, управляемая машина для мойки какая-нибудь?
— Есть, конечно, но на то оно и хобби, что приятно всё делать по старинке. Вот вы у себя, на Земле, уже давно перевели музыку в цифру. Но при этом ценители тратят все свои сбережения, чтобы купить редкую пластинку. Ноги поднимите, пожалуйста, — незнакомец принялся намывать пол под стульями и столом. На его запястье я обнаружил татуировку с пятью кругами и линиями между ними.
— Ну вы даёте? А чем занимаетесь на основном месте работы?
— Да неважно это, — вдруг отстранённое выражение лица уборщика резко сменилось хищным и острым взглядом. Он выпрямился, подошёл и пристально взглянул мне прямо в глаза:
— Иван, должен тебя предупредить. Так как я фигура здесь незначительная, могу выложить всё начистоту, не то, что наше высокое начальство. Члены Тэта сами установили стелу-катализатор на планете. Не доверяй Трунгху, он, как и остальные члены совета, преследует только свои политические интересы. На судьбу Ин и алсинов им плевать. «Комплексное обследование», о котором говорил советник — не разовая быстрая процедура, знай, из тебя на долгие месяцы сделают самую настоящую лабораторную крысу. Это раз. И второе: сон Арманта — чистая правда, тебе угрожает реальная опасность.