— Хватит драться, Кси. Я серьезно. То, что тебя потянуло в такое болото, я вполне в состоянии списать на желание плыть по течению. Но твой Стас не подросток. И он не имел права делать это с тобой.
— Секс ради секса, — протянула задумчиво. — Только не говори, что не знаешь, для чего это нужно. Физиология. Это всегда все объясняет.
— Знаю. Но мне не нравится, что ты в это влезла. Тебе не стоило загонять себя в эту ловушку.
— Ничего не изменишь, — напомнила сухо, стараясь отогнать от себя гадкую мысль, с чьей легкой подачи я оказалась в объятиях Калугина. Я сделала свой выбор без помощи Тима, его не было рядом, когда я принимала предложение Стаса. Но думать о прошлом с Керимовым я в то время не переставала ни на минуту. Гордиться тут точно не чем.
— Я и не пытаюсь ничего поменять, — спокойно ответил. — Но с Калугиным тебе больше нечего делать. Я очень надеюсь, что твоя помощь потребовалась ему в последний раз.
— Я поговорю с ним об этом.
Тим ощутимо скрипнул зубами, но возмущаться не стал.
— Обязательно. И еще на счет фуршета. Я сам тебя отвезу и заберу. Тебе хватит там двух часов?
— В смысле отвезешь? — степень моего удивления была сопоставима с… не знаю с чем. Тим, решивший пренебречь своей регулярной встречей с друзьями? Ирландский паб, пинта пива. Не может быть. — Это в четверг, — сообщила Тимуру, предполагая, что он еще не смотрел в календарь.
Тим вздохнул.
— Да, я знаю.
Я перевернулась на постели, чтобы в этот раз обязательно взглянуть на Тимура. Отсутствие света мешало понять, насколько Тим был серьезен.
— Но по четвергам…
Я не договорила. Тим наклонился к моим губам, дразня и обжигая дыханием.
— То, что ты выдумала с моим друзьями, полная хрень. Я не таскаю тебя на посиделки с ребятами только потому, что тебе там нечего делать. Всех моих остепенившихся коллег ты уже знаешь. Или ты жаждешь снова увидеть Игоря, для примера?
Я скривилась.
— «Жажду» не вполне подходящее слово. Но ты…
— Но я не хочу, чтобы ты переживала еще больше, чем переживаешь сейчас.
— А общение с твоей мужской свитой из Энска может меня так сильно расстроить? — с подозрением спросила у Тима. Расслабиться и довериться Тимуру не получалось, что бы он сейчас не говорил.
— Тебе они не нравились никогда.
— Хорошее оправдание… — ответила вяло.
Мы с Тимуром, словно в шахматной партии, остались один на один. И невозможность поставить противнику мат приводила к нашим бессмысленным танцам по клеткам. В какую бы сторону ни был сделан наш следующий шаг, мы приходили с Керимовым к одному и тому же финалу.
Ничья.
И вопрос «что делать дальше?» с каждым ходом становился все более важным.
Иногда мне казалось, что я способна была расслабиться с Тимом только тогда, когда мы оставались наедине и занимались любовью. В сексе между нами не существовало проблем. Запреты, границы, смущение — я забывала о том, что все это значит. Но…
Этой же ночью после обсуждения моих отношений со Стасом, когда мы с Керимовым оказались в постели, его неожиданный шепот коснулся моей щеки.
— Кси, тссс… Осторожней…
Тим заставил меня отпустить его плечи. И прежде, чем я сообразила, что происходит, перехватил мои руки. Вжал запястья в подушку, и медленно один за одним принялся целовать кончики пальцев. Если Керимов хотел, чтобы я отвлеклась, то лучшего способа придумать он просто не мог. Я неразборчиво промычала ему что-то вроде недовольного «нет», а после, так и не добившись от Тима возвращения к прежним движениям, неохотно открыла глаза.
— Почему ты остановился? — спросила шепотом, все еще надеясь, что Тимур отвлекся от нашего ритма всего на пару мгновений.
— Ты куда-то спешишь? — Керимов заглянул мне в глаза и хитро прищурился. Серые искры сверкнули в свете тусклых огней. Изящный ночник с десятком разноцветных диодов отбрасывал причудливый отблеск на стены и потолок.
— Нет, но…
— Кси, — Тим прикусил мое ухо, — просто расслабься. Я никуда не собираюсь сбегать. Ни сейчас, ни потом. Все в порядке. Окей?
— О чем ты? Тебе…
— Мне все нравится, — Тимур успел меня перебить еще до того, как я закончила фразу. — Но мы занимаемся сексом так, будто делаем это в последний раз в жизни. — Тим приподнял мой подбородок, тихо добавив через мгновение. — Жадина, Я возмущенно фыркнула в его приоткрытые губы.