— Радуется нашему счастью.
Деймон фыркнул.
— Она выбрала чертовски докучливый способ демонстрировать свою радость.
— Она считает, что мы без ума друг от друга, и сердится, когда нам мешают.
— Тем хуже для нее, — пробурчал Деймон и пошел прямо к коттеджу, не оборачиваясь.
Кейт заторопилась вслед за ним.
— Давай подбросим монетку, кто сначала пойдет в душ?
Он неприязненно оглянулся.
— Можешь идти первой.
— Как мило с твоей стороны пропустить меня вперед.
Он ухмыльнулся.
— Всегда рад помочь.
Насмешливое эхо ее собственных слов отдавалось в ушах Кейт всю дорогу к коттеджу.
«Черт возьми, — проворчала она про себя, раздеваясь, — почему мы должны постоянно препираться? Разве нельзя разговаривать друг с другом нормальным тоном?»
Кейт не могла припомнить ни одного мужчину, который бы так ее нервировал. И так привлекал.
Ей не хотелось об этом думать.
Она не спеша открыла кран на полную мощность, встала под душ и с облегчением ощутила струи воды на своей коже.
Она не знала, как долго простояла так.
Достаточно долго, как она надеялась, чтобы полностью взять себя в руки, выбросить из головы все свои чувства к Деймону Алексакису и воскресить в памяти всех нянечек, которых она принимала на работу, все семьи, которые она обслуживала, все цели, которые она перед собой ставила.
Пока она вытиралась и надевала ночную рубашку, у нее также появилась надежда, что она пробыла в душе достаточно долго, чтобы Деймон ушел в гостиную и заснул. Ей не хотелось еще раз встречаться с ним сегодня.
Он действительно заснул. На ее кровати.
Рассерженная, Кейт тихо наклонилась над ним.
Деймон вытянулся на постели, лицом вниз, одна рука под головой, другая свободно откинута в сторону. Шорты цвета хаки и футболка валялись на полу. На нем были только светло-синие боксерские трусы.
Кейт застыла на месте, приковавшись взглядом к гладкой смуглой спине и длинным мускулистым ногам. Ей всегда казалось, что все разговоры о греческих богах — пустая болтовня. Теперь она была в этом не так уверена.
Она закрыла глаза, медленно и глубоко вздохнула, потом облизала пересохшие губы.
— Деймон! — сурово окликнула она. — Вставай!
Он не пошевелился.
— Деймон! — Ее голос прозвучал громче и раздраженнее.
Никакой реакции.
Кейт наклонилась и потрясла его за плечо. Он застонал и отмахнулся.
— Деймон! Вставай. Пора в кровать.
Он приглушенно возразил:
— Я в кровати.
— Это моя кровать. Моя очередь на ней спать.
— Ложись рядом, — промычал он в подушку.
— Нет, не лягу. — Все пошло прахом. — Ты должен уйти. Сейчас же. — Она еще раз потрясла его за плечо.
Рука Деймона схватила Кейт за запястье и дернула вниз, понуждая ее устроиться рядом.
— О-о-ох! Деймон! Черт тебя побери! — Она пыталась вырваться из его неожиданно сильной хватки. — Пусти! Вставай и убирайся отсюда. Немедленно!
— Не могу. Слишком устал. Здесь, — он слегка подвинулся, — и тебе места хватит. — Его глаза снова закрылись, дыхание стало ровным и глубоким.
Кейт высвободила запястье и сползла с кровати. Больше всего ей хотелось сейчас ударить его. Как можно больнее. Но она ограничилась тем, что шлепнула его пониже спины.
Деймон перекатился на спину и сердито посмотрел на нее из-под набрякших век.
Кейт поспешно отступила.
— Tы же согласился! Я взяла с тебя слово джентльмена.
— Ты просчиталась. — Легкая улыбка скользнула по его губам. — Не надо стоять надо мной с видом оскорбленной невинности. Сегодня я для тебя угрозы не представляю. Я с трудом открываю глаза, а все прочие мои органы к действию неспособны.
— Как грубо!
— Не грубо, а точно. — Он снова перевернулся на бок и захрапел.
Кейт, подбоченившись, окинула его гневным взглядом.
Так, прекрасно, он не джентльмен. Она действительно просчиталась. Это было ясно с самого начала. Джентльмен никогда бы не сделал ей такого предложения!
Ну что ж, так или иначе, спать с ним в одной постели она не намерена. Может, он и на этот раз ей солгал, как знать?
Лучше всего пойти в главный дом и заночевать там. Это послужит ему уроком. И, конечно же, даст повод Терезе нажаловаться его матери!
Подумав об этом, Кейт решила обойтись без демонстраций. И вовсе не из-за Деймона. Ей не хотелось преждевременно огорчать Елену. Со свекровью ей повезло, жаль, что они породнились всего на год. Чем больше Кейт ее узнавала, тем меньше хотела видеть лицо матери Деймона опечаленным.