– Да, Бобби, – сказала она сладким голосом. – Настоящая любовь – это так вдохновляет. Жаль, что не всем дано это понять. Некоторые так и остаются жить воспоминаниями о школьных победах.
Бобби Рэй нахмурился. Он явно не ожидал такого единодушного отпора.
– Ну, что ж.. – он откашлялся. – Не буду вам мешать. Удачи завтра. Понадобится она вам.
Он развернулся и ушел к своей машине. Мы стояли, обнявшись, и смотрели, как его пикап исчезает в облаке пыли.
Как только он скрылся из виду, я почувствовал, как Сара-Джейн обмякла у меня в объятиях.
– Черт, – выдохнула она, дрожа. – Он все знает. Или догадывается.
– Неважно, – я повернул ее к себе. Ее лицо было бледным в сумерках. – Он ничего не доказал. А мы... мы только что прошли первое боевое крещение. И мы были великолепны.
Она посмотрела на меня, и в ее глазах читалась уязвимость.
– Ты правда так думаешь? Про орхидеи?
Я провел большим пальцем по ее щеке.
– Я никогда не был так прав в жизни.
Она закрыла глаза, прижалась лбом к моей груди. Я чувствовал, как бьется ее сердце – часто-часто, как у пойманной птицы.
– Я боюсь, Алекс.
– Я знаю. Я тоже.
Это признание, казалось, успокоило ее. Она выдохнула и отстранилась.
– Ладно. Завтра – наш большой день. Нам нужно выспаться.
Мы поднялись в комнату. Воздух был густым от невысказанных слов. Мы готовились ко сну в молчании, но на этот раз оно было не неловким, а.. сосредоточенным.
Когда я уже лежал на своей раскладушке, она позвала меня в темноте.
– Алекс?
– Да?
– Что бы ни случилось завтра... спасибо. За эти дни.
Ее слова обожгли меня. Они звучали как прощание. Как будто она готовилась к тому, что после завтра все закончится.
– Это не прощание, Сара-Джейн, – сказал я тихо, но твердо. – Это только начало.
Она не ответила. Но я знал, что она слышала.
Я лежал и смотрел в потолок, слушая ее дыхание и проклиная Бобби Рэя, иммиграционную службу и весь мир, который пытался помешать мне получить то, чего я никогда не знал, что хочу.
Завтра будет битва. И я собирался победить. Не ради визы. Не ради бизнеса. Ради нее. Ради нас.
Глава 9.
АЛЕКСАНДР
День третий. Ноль часов.
Утро пришло с неестественной тишиной. Даже петух молчал, будто и он понимал важность момента. Я проснулся раньше всех и лежал, глядя, как первые лучи солнца выхватывают из темноты розовые цветы на обоях. Сегодня все решится.
Сара-Джейн спала, свернувшись калачиком. Ее лицо в рассветных лучах было безмятежным, но даже во сне она сжимала край одеяла. Я хотел коснуться ее, разгладить морщинку между бровей, но не посмел нарушить этот хрупкий покой.
Спустившись на кухню, я застал Билла за приготовлением кофе. Он молча кивнул мне. Никаких шуток, никаких подколов. Только тяжелый, понимающий взгляд.
– Готов? – наливая мне кружку, спросил он.
– Насколько это возможно.
– Запомни, парень, – он положил свою грубую, иссеченную морщинами руку мне на плечо. – Они ищут не идеал. Они ищут правду. Покажи им свою.
Его слова засели во мне глубже, чем любые инструкции юриста. Покажи им свою.
Сара-Джейн появилась через полчаса. Бледная, но собранная. Она была в простом платье, в котором выглядела одновременно и уязвимой, и невероятно сильной. Наши взгляды встретились, и в ее глазах я прочитал ту же решимость, что горела во мне.
– Итак, – сказала она, подходя к кофеварке. – План?
– Быть собой, – ответил я.
Она повернулась, удивленно подняв бровь.
– Себя? Ты же всегда говорил, что в бизнесе нужно быть тем, кого ждет клиент.
– Это не бизнес, – я подошел к ней и взял ее руки. Они были холодными. Я сжал их, пытаясь согреть. – Это наша жизнь. Наша правда. Какой бы она ни была.
Она смотрела на наши сплетенные пальцы, потом подняла на меня глаза.
– Хорошо, – просто сказала она. – Нашей правды.
В 10:00 точно по расписанию на дороге показалась серая государственная машина. Мое сердце заколотилось с такой силой, что я почти услышал его стук.