А потом Холли увидела тень. Тёмную тень в светлом ночном сумраке, которая двигалась среди высоких стеблей травы. Большая и высокая тень. Вообще непохожая на тень кошки либо другого зверя. Большая тень, ростом с человека. И она приближалась…
Холли показалось, что она лишается чувств.
“Не будь дурочкой! – прозвучал в её голове резкий голос. – Иди в дом. Ты стоишь тут, освещённая светом из окон, как настоящая мишень. Шуруй внутрь и запри дверь”.
Холли засуетилась, соображая, что всё равно может не успеть. На неё просто сиганут сзади… Просто…
– Постой, – раздалось из темноты. – Прошу, постой.
Женский голос. Незнакомый. Только, казалось, он овладел Холли и удерживал её на месте.
– Я не наврежу тебе. Обещаю.
“Беги!” – торопил Холли её рассудок.
Очень медленно, держась за ручку двери, Холли повернулась к говорившей и увидела, как из тени выходит чёрная фигура и приближается к ней. Больше она не пыталась убежать. У неё появилось головокружительное чувство, что судьба нагнала её. К дому вёл покатый склон, поэтому в свете, который падал из окон, Холли увидела вначале сапоги, а потом ноги в брюках. Простые сапоги, какие носит любая девушка. Простые брюки… длинные ноги. Она была высокой. Потом свет упал на её кофточку – обычную блузку, может очень лёгкую, чтобы ходить в ней прохладными ночами… только в общем ничего страшного. А потом Холли увидела её плечи – великолепные плечи. И когда она подошла к крыльцу, Холли увидела её лицо. Она выглядела лучше, чем тогда, в прошлый раз.
Блондинистые волосы не лохматы, а аккуратно причёсаны. И она не была выпачкана в грязи, и глаза не были испуганными и дикими. Они были светлыми и бесконечно печальными – Холли словно ударило ножом в сердце. Несомненно, это была та самая девушка из её гипнотического сна.
– О боже, – проговорила Холли. – О боже… – Её ноги подкашивались.
Это правда. Она стоит перед ней, и это означает… что всё, что произошло с ней, правда.
– О боже! – Её колотила сильная дрожь, и она пыталась сжать вместе колени, чтобы устоять на ногах.
Всё вокруг переменилось, и никогда ещё Холли не испытывала такого потрясения.
Словно все устои её мира пошатнулись…
Действительность расплывалась и преображалась, пытаясь вобрать в себя новую правду. А прежний мир исчез.
– Ты в норме? – Незнакомка шагнула к ней, но Холли инстинктивно отпрянула.
– Не трогай меня! – выдохнула она с трудом, и в это же мгновение ноги отказали ей.
Она скользнула вниз, опустившись на крылечко, и уставилась на молодую женщину, которая опустилась на землю около неё. Её лицо оказалось сейчас прямо перед ней.
– Прости, – почти прошептала она. – Я знаю, что ты сейчас чувствуешь. Ты же лишь сейчас обо всём догадалась, так ведь?
– Это всё правда, – едва слышно произнесла Холли.
– Конечно.
Её светлые глаза были печальными!
– Это… У меня были прошлые жизни.
– Были. – Она опустила взгляд, будто больше не могла смотреть в её глаза.
Затем подняла камешек и уставилась на него.
Холли отметила, что у незнакомки длинные и чувствительные пальцы.
– Ты – Древняя Душа, – сказала она спокойно. – У тебя было много жизней.
– Я была Холи из Двуречья.
– Ага. – Она перестала вертеть камень.
– А ты – Тереза. И ты…
Она не поднимала глаз:
– Продолжай. Скажи это.
Однако Холли не могла. Голос её не слушался.
Незнакомка – Тереза – произнесла это вместо неё:
– Вампирша. Вампирши правда существуют. – На Холли глядели мутные глаза. – Прости.
Та вздохнула и поглядела на неё. Однако мир вокруг уже обрёл прежние очертания, а её сознание – ясность.
“По крайней мере, я в курсе, что не рехнулась, – размышляла она. – Хоть какое-то утешение… Это целый мир чокнулся, только не я. И теперь мне надо с этим разобраться… не имею понятия, правда, как”.
– Ты собираешься убить меня?
– Господи… нет! – Тереза вскочила на ноги. Её лицо исказилось. – Ты не понимаешь… Я никогда не вредила тебе. Я… – Она вдруг замолкла. – Даже не имею понятия, с чего начать.
Холли сидела молча, пока она собиралась с мыслями. Холли ощутила, что сердце будто стучит в её горле. Ведь она сказала Паулине, что эта девушка убила её и всегда убивала.
Однако её потрясённый взгляд был таким искренним… словно она нанесла ей ужасную рану, только допустив это.