“Может быть, мне не хватает свежего воздуха?” – подумала она и тут же, поймав себя на этой мысли, усмехнулась.
“Ну да! Как же! Свежий воздух… Если ты о чём-то действительно думаешь, так это о ней… что она может быть там. Разве нет?”
Это было так. Хотя Холли понимала, что Тереза вряд ли слоняется вокруг её заднего двора, размышляя над тем, что она сказала ей.
“И почему это ты должна хотеть поговорить с ней? – задала она себе прямой вопрос. – Может быть, она и не так опасна, как кажется, может, сама не осознаёт своей опасности, но всё-таки она не твоя школьная приятельница”.
Но Холли никак не могла отделаться от смутного желания выйти из дома. Наконец она вышла на крылечко, уговаривая себя, что постоит тут минут пять, а потом возвратится в дом. Эта ночь была так же превосходна, как и прошлая, только Холли это не радовало. Всё тут шибко напоминало о Терезе, и она ощущала, как решимость её слабеет. Она выглядела такой несчастной, такой растерянной, когда Холли приказала ей свалить…
– Не помешаю?
Вздрогнув, Холли обернулась на звук голоса.
Возле крылечка стоял высокий парень. Он был приблизительно одного возраста с Холли или немного старше. В его коротких, очень коротких волосах, блестящих и белых, как серебро, казалось, отражался свет луны. Он был удивительно красив… и Холли узнала его.
“Это тот парень из моих видений. Это он мне сказал, что Тереза коварна и хитра. Это он предостерегал меня. И это его я заметила сегодня перед машиной Чарли. Должно быть, он продолжал наблюдать за мной и после”.
– Прости, если я тебя напугал, – улыбнулся парень. – Ты так задумалась… но я не ожидал, что ты испугаешься. Мне правда надо поговорить с тобой. У тебя найдётся пара минут?
– Я… – Холли почувствовала вдруг, что не может собраться с мыслями.
Почему-то ей стало неуютно в присутствии этого парня, и это ощущение было сильнее, нежели странное, похожее на сон чувство, словно узнаёшь кого-то, кого никогда в своей жизни не видела.
“Но ведь он мне друг, – успокаивала Холли себя. – Он помог мне в прошлом и, может, хочет помочь и сейчас. Я должна быть благодарна ему”.
– Да, – ответила она. – Мы можем поговорить. – И как-то неуклюже добавила: – Я вас помню.
– Прекрасно! Это правда? Выходит, всё будет намного проще.
Холли кивнула. И снова напомнила себе, что этот парень – её друг и нечего опасаться либо осторожничать.
– Э… – Парень оглядел крылечко, ища место, где бы присесть. – Хм…
Холли смутилась, как если бы её спросили: “Вы всех посетителей принимаете во дворе?” Повернувшись, она открыла дверь.
– Входите. Мы можем поговорить в доме.
– Благодарю, – ответил парень, улыбнувшись.
На кухне, под яркой люминесцентной лампой, парень казался ещё красивее. Такую красоту невозможно забыть. Широкие правильные черты лица, подкачанное тело. Губы, при взгляде на которые Холли приходили в голову эпитеты “пухлые” и “сочные”. И глаза… таких глаз Холли ни разу не видела – продолговатые, миндальные, опушенные лёгкими ресницами и светящиеся. Но если бы только это! Всякий раз, когда Холли смотрела в них, они словно изменяли оттенок: то от медового до цвета красного дерева, то становились зелёными, как листва в джунглях, то пурпурными, то туманились голубизной. Это поражало.
– Если вы помните меня, то должны догадываться, почему я тут, – сказал парень.
Он сидел, оперевшись локтями о кухонный стол и поддерживая кулаком подбородок.
Холли проговорила только одно слово:
– Тереза?
– Судя по тому, как вы это сказали, вы не нуждаетесь в моих советах. – Голос у парня также был необычным: высоким и приятным, немного хриплым.
Холли повела плечами:
– Ну, я всё-таки многого о ней не знаю… только это вообще не значит, что меня надо предупреждать об опасности. Я уже ей сказала, чтобы она проваливала.
– Действительно? Поразительно смелый поступок!
Холли моргнула. Она не видела в этом поступке ничего смелого.
– Я подразумеваю, вы ведь понимаете, насколько она могуществена! Она – главная Ночного Мира, властительница всех вампирш, превращённых из людей. Она может, – парень щёлкнул пальцами, – призвать сотню младших вампирш и вервольфов, не говоря уже о её связях с колдунами в Лас-Вегасе.
– Что вы хотите этим сказать? Что я не должна была её прогонять? Мне фиолетово, сколько чудищ она может призвать, – резко проговорила Холли.
– Конечно. Да, вам фиолетово. Я уже сказал, что вы смелая. – Парень разглядывал Холли, и в его глазах проявился глубокий пурпурный цвет горько-сладкого паслена. – Я просто хочу, чтобы вы знали, на что она способна. Она может стереть с лица Земли весь этот округ. Она может быть очень жестокой… и если она не получает того, что хочет, то просто впадает в гнев.